Библиотека художественной литературы

Старая библиотека художественной литературы

Поиск по фамилии автора:

А Б В Г Д Е-Ё Ж З И-Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш-Щ Э Ю Я


Читальный зал:

АНАТОЛИЙ СЫЩИКОВ

ЧЕРВОННАЯ ДАМА

  
   детективная повесть
  
  
  
  
   Глава 1.
  
  
   "Что со мной?" - с тревогой подумала Валентина Яковлевна.
   Ее одолевали слабость, сонливость и головокружение, какое бывает при гриппе.
   "Может быть, я заболела?"
   Но странное недомогание появилось слишком неожиданно. Еще утром Валентина Яковлевна чувствовала себя превосходно, словно весна наполнила ее стареющее тело своей живительной силой. Но, видимо, это был самообман, вызванный прогулкой по майскому лесу.
   Няня стояла возле детской коляски.
   "Ребенку необходим свежий воздух," - подумала она, но почему-то не сразу поняла смысл засевшего в голове высказывания.
   Валентина Яковлевна поправила одеяло в коляске, и направилась к лестнице, ведущей на второй этаж дома. Коляска пока что была пустой, - Алексей спал в детской комнате на втором этаже, ничего не зная о распорядке своего дня и пользе свежего воздуха.
   Пройдя половину лестницы, няня остановилась, и оперлась рукой на белые перила. Ей опять стало плохо. Перед глазами замелькали сотни маленьких звездочек. В голове загудело.
   Валентина Яковлевна дождалась, пока ей стало лучше.
   На кухне послышался звон посуды, после чего в холл вышел Григорий, брат хозяйки дома. Он задрал вверх голову с жидкими волосами, маскирующими наметившуюся лысину, и пожаловался:
   - Не могу найти хлебницу.
   Григорий часто гостил у сестры, и мог бы давно запомнить, где что лежит.
   - Верхний выдвижной ящик в шкафу, - подсказала няня и продолжила восхождение на второй этаж.
   На этот раз подъем дался ей легко.
   Проходя мимо гостиной, Валентина Яковлевна увидела хозяйку, которая сидела с книгой на диване. Светлана обложила себя мягкими подушками, спрятав под них голые ноги. В ее руках был любовный роман. Хозяйка часто читала на этом диване, периодически роняя книгу и засыпая. По ночам молодую маму донимал трехмесячный Алексей, которого пока что укладывали спать в комнате родителей.
   Днем, находясь под присмотром няни, ребенок спал либо в детской, либо в коляске.
   Валентина Яковлевна вошла в комнату малыша и склонилась над его кроваткой. Розовый и пока что не очень симпатичный отпрыск семьи Колосовых крепко спал и при этом улыбался, свидетельствуя своей довольной физиономией о надежности подгузника и сухости пеленки.
   Няня тоже улыбнулась и взяла мальчика на руки. Тот смешно поморщился, но не проснулся.
   Валентина Яковлевна вышла из комнаты, спустилась по лестнице в холл и осторожно уложила малыша в синюю коляску, разрисованную чудаковатыми клоунами. Поправив одеяло, няня вспомнила о бутылочке с молоком, которая осталась на столике в детской. Ребенок мог проснуться и попросить кушать.
   "Я сегодня опаздываю с прогулкой, - подумала няня. - Хозяйка может заметить это и отчитать".
   Валентина Яковлевна оставила коляску возле входной двери и быстро поднялась на второй этаж.
   Одолев последнюю ступеньку, няня опять почувствовала себя плохо. Ей стало тяжело дышать. Перед глазами потемнело. Стены с полосатыми обоями поплыли в сторону, теряя четкость, словно отражение в воде, искривленное рябью. Голова закружилась. Холодная волна прошла сквозь тело. Женщина схватилась рукой за перила, но ее пальцы сразу разжались, а сознание оборвалось, как прерванный фильм.
   Валентина Яковлевна навалилась на перила. Спасительное ограждение оказалось на уровне бедра женщины. Расслабленное тело податливо переломилось, и, увлекаемое силой инерции занеслось над трехметровой высотой. На какое-то мгновение падение замедлилось, но голова и верхняя часть туловища были уже далеко за перилами. Ноги Валентины Яковлевны оторвались от пола и взлетели вверх, а тело, закрутившись, устремилось вниз. Сделав смертельное сальто, няня быстро пролетела расстояние между вторым и первым этажом. Первой коснулась пола ее голова. Не выдержав массы тела, шея неестественно подломилась. Тело ударилось о пол, и женщина, разметав в стороны руки, распласталась возле лестницы.
   Прошло несколько секунд, но Валентина Яковлевна даже не шелохнулась. Она не застонала, не сделала попытку подняться или позвать на помощь Взгляд няни быстро остекленел, а тело стало абсолютно безжизненным. Из приоткрытого рта просочился ручеек крови и стал капать на пол, образуя на паркете красную лужицу.
   В гостиной на втором этаже хозяйка дома отложила в сторону книжку и прислушалась, пытаясь понять, что произошло. Ее испугал шум и наступившая потом тишина. Охваченная беспокойством, Светлана отодвинула подушки и встала с дивана.
   Сунув ноги в тапочки, она вышла в коридор. Дверь в детскую комнату была распахнута, остальные - закрыты. Светлана направилась к лестнице. Она была уверена, что громкий звук донесся не из коридора, а с первого этажа.
   Встревоженная хозяйка остановилась возле лестницы, и с высоты второго этажа осмотрела холл.
   Первое, что она заметила, была детская коляска, а в ней - личико спящего Алексея, укрытого голубым одеяльцем. Увидев ребенка, мать успокоилась и подошла ближе к перилам.
   Взгляд Светланы скользнул по двустворчатой стеклянной двери, сквозь которую была видна часть двора, затем задержался на коридоре, ведущем в кухню и столовую, потом переместился на крону высокой пальмы и быстро спустился по стволу к большой деревянной кадке.
   После этого взгляд женщины метнулся в сторону и замер, как стрелка компаса, притянутая магнитом, на фигуре няни, лежащей между кадкой и лестницей.
   Хозяйка вздрогнула от неожиданности.
   Слабый сдавленный крик вырвался из ее груди.
   - А-а.
   Светлана испуганно зажала себе рот ладонью. Около десяти секунд она в растерянности и смятении смотрела на Валентину Яковлевну, потом убрала руку ото рта, и громким пронзительным голосом закричала:
   - Гриша!!!
  
  
  
   Глава 2.
  
  
   В этот вечер Клотов хотел попить пива.
   Он вернулся во Владивосток только в семнадцать часов изрядно вымотавшимся. Майор устал не столько от дороги, сколько от тещиного огорода. Полтора дня он вскапывал необъятный приусадебный участок, после чего оставил свою супругу на попечительство тещи и тестя, и уехал во Владивосток. Пришлось выдумать неотложное дело, благо жена была подготовлена к такой лжи, и подыграла Клотову. Вообще-то у майора оставалось пятнадцать дней отпуска, но он так выложился на сборе тещиной картошки в начале сентября, что супруга позволила ему отдохнуть. Сама же осталась помогать матери.
   Клотов решил с пользой потратить подаренные ему четыре дня холостяцкой жизни. Больше всего к концу дня он мечтал о холодном пиве.
   Приняв душ, Клотов удобно расположился перед телевизором. Он поставил перед собой журнальный столик, постелил на него газету и выложил гору соблазнительной закуски: три большие малосольные корюшки с прозрачными брюшками, наполненными мелкозернистой икрой, четыре упаковки ароматного сушенного кальмара, аппетитные палочки из вяленной красной рыбки, с десяток пачек фисташек, миндаля и кэшью, немного сухариков и картофельных чипсов. Две банки пива Клотов поставил на стол, а шесть оставшихся убрал в холодильник.
   Вольготно развалившись на диване, Клотов выбрал телевизионный канал, по которому транслировался бой боксеров-тяжеловесов, затем открыл банку пива и залпом выпил половину ее содержимого. Улыбнувшись от удовольствия, он стал чистить корюшку и наблюдать за тем, как два чернокожих парня по-молодецки молотят друг друга в поединке за несколько миллионов долларов.
   Через пол часа две пустые банки лежали возле дивана, на ринге валялся поверженный громила в красных трусах, а на газете выросла гора из рыбьих костей и ореховой скорлупы. Именно в этот беззаботный миг в квартире Клотова зазвонил телефон.
   Майор недовольно поморщился, пультом уменьшил громкость телевизора и встал с дивана. Подтянув на ходу сползающие с живота шорты, Клотов подошел к телефону, укрепленному на стене.
   - Алло, - по обыкновению сухо произнес он.
   - Могу я поговорить с Андреем? - спросил приятный женский голос.
   - Это я. А кто спрашивает?
   - Галя. Галя Рыбкина.
   - Галя?! - У Клотова от удивления вытянулось лицо. - Как ты узнала мой телефон?
   - Нашла в справочнике.
   Звонок Гали Рыбкиной стал для Клотова полной неожиданностью. Когда-то они вместе работали в РУВД. Галя была молодым симпатичным следователем. Половина Управления пыталась с ней заигрывать. Не успев набраться опыта, Галя уволилась из МВД, и устроилась в детективное агентство. Это было в те времена, когда многие всерьез полагали, что из детективных агентств выйдет толк.
   - Не ожидал тебя услышать, - признался майор.
   - Я тоже не думала, что когда-нибудь тебе позвоню.
   - Возникли проблемы? - догадался Клотов.
   - Что-то вроде того. Хотя я не уверена, можно ли назвать мое дело проблемой.
   - Наверно, можно, раз ты меня нашла. Мы не встречались уже несколько лет.
   - Года три, - согласилась Галя.
   - Так что за дело?
   - У меня, как бы это сказать, ... профессиональные затруднения.
   - Ты умно не выражайся, я сейчас пиво пью, могу не понять.
   - Я занимаюсь одним странным делом, - пояснила Рыбкина. - Честно говоря, запуталась и нуждаюсь в помощи или, хотя бы, совете. А второй такой умной головы, как твоя, я не знаю.
   - Не льсти, - улыбнулся майор, для которого, как для любого мужчины, женская похвала была особенно приятной. - А что странного в твоем деле?
   - Все странное. Я хочу, чтоб ты выслушал меня, но не по телефону. Мы можем встретиться?
   - Наверно, можем. Только я уже поставил машину в гараж и выпил. Поэтому не смогу к тебе подъехать.
   - Я сама подъеду. Давай поговорим у тебя дома.
   Клотов быстро проанализировал ситуацию.
   - Нет. Дома - не очень удобно. Я эти дни живу один, без жены. Не хочется скандала, если соседка узнает, что у меня в гостях женщина.
   - Тогда где?
   - Ты знаешь мой дом?
   - Да.
   - Возле моей пятиэтажки открыли пивную. Ты сразу увидишь столики на улице. Мы можем встретиться там.
   - Хорошо. Я угощу тебя пивом.
   - И когда это будет?
   - Мне понадобится пол часа, чтобы доехать.
   - Ладно. Там и увидимся.
   Клотов положил трубку и вернулся на диван. За следующие пол часа он выпил еще одну банку пива и доел кальмар.
   Когда пришло время отправляться на встречу, майор вспомнил, что он небрит и в целом неважно выглядит. А ведь когда-то Галя Рыбкина ему очень нравилась, - было бы приятно показаться ей в приличном виде.
   Клотов подошел к зеркалу и скептически осмотрел свою физиономию.
   "Красавчик, - удовлетворенно отметил он. - Всё - при мне: пышущее здоровьем тело и лицо, чувственные губы, умные голубые глаза. Я чертовски привлекателен. Почему женщины пытаются этого не замечать? Мое лицо и губы кажутся им полными, глаза маленькими, брови - излишне светлыми и густыми. А мой нос? Надо быть не в своем уме, чтобы сравнить его с картошкой!"
   Майор улыбнулся своему отражению, небрежно отмахнулся от глупых мыслей, надел серую растянутую майку, обул шлепанцы и отправился на встречу.
   Подходя к пивной, Клотов издалека увидел Галю. Она ждала его, стоя возле высокого столика. На девушке была голубая кофточка с коротким рукавом и синие брюки. Галя уже купила три банки дорогого пива и какую-то закуску в бумажных тарелках.
   Заметив Клотова, Галя улыбнулась и помахала ему рукой.
   Девушка мало изменилась за те годы, когда майор ее не видел. Она осталась такой же худенькой и малоприметной. Ее длинные рыжие волосы были собраны в знакомый незатейливый хвост. Косметики на ее лице почти не было, и это, как ни странно, шло ей. Несмотря на внешнюю простоту, Галя была очень привлекательна и нравилась мужчинам. Но ее странный характер отпугивал женихов. Она была слишком правильной и думала о работе больше, чем о себе, мужчинах, детях и домашнем очаге. И вообще. Разве нормальная женщина свяжет свою жизнь с преступниками?
   "Может быть, новая работа и возраст изменили ее, и она уже не такая принципиальная и упрямая? - подумал Клотов, отвечая Гале широкой улыбкой.
   -Привет, - поздоровался майор и взял банку пива, которую девушка услужливо пододвинула ближе к нему.
   - Здравствуй. Ты совсем не изменился.
   Это была неправда, - Клотов сильно поправился за последние годы. В звании капитана он был килограммов на пятнадцать меньше.
   Майор усмехнулся, давая понять Гале, что ее слова его позабавили.
   - От меня прежнего мало что осталось.
   - Но характер, надеюсь, не изменился?
   - Стал хуже.
   - А как работа?
   - Все так же. Хотя есть и приятные новости, - меня недавно произвели в майоры.
   - Поздравляю!
   - Спасибо. Но не будем обо мне. Как твои дела? Почему до сих пор не замужем.
   Клотов был мастером задавать бестактные вопросы. Галя смущенно улыбнулась.
   - Почему ты так решил? Потому что я без кольца? Или, считаешь, что никто не женится на такой мегере?
   Галя Рыбкина не обиделась.
   - Я заметил краску на твоей руке, - объяснил Клотов. - Наверно, делаешь дома ремонт.
   Галя посмотрела на свой локоть, который действительно был испачкан белой эмалью.
   - Ты угадал. Я - не за мужем, и вчера вечером красила окно.
   - Почему вечером, а не в выходные?
   - Потому что в выходные я работаю.
   - Неужели в детективном агентстве так много работы? - с иронией спросил майор.
   - Обычно работы мало, - призналась девушка. - С серьезными делами в агентство обращаются редко. В основном мы перебиваемся разной мелочью, - следим за неверными мужьями и женами, или собираем информацию. Много денег это не приносит.
   - У нас не лучше, - утешил Галю майор. - Только работы много.
   - В прошлом месяце я почти ничем не занималась, а две недели назад неожиданно подвернулась работа. Она и отнимает почти все время.
   - Из-за нее проблемы? - предположил Клотов.
   Он уже выпил пол банки пива, а девушка к своей банке даже не притронулась.
   - Может быть, я зря переживаю. Просто я не понимаю, что происходит, и меня постоянно преследует чувство, что что-то непременно должно случиться.
   Майор с любопытством посмотрел на Галю и увидел в ее глазах беспокойство. Клотов доверял женской интуиции, и не смеялся над женскими страхами.
   - Ты еще ни слова не сказала о проблеме, - напомнил он. - Давай рассказывай, пока я не напился.
   Его шутка прозвучала в холостую. Девушка даже не улыбнулась и перешла к делу.
   - Не знаю, с чего начать.... Если по порядку, то две недели назад в агентство пришел клиент, Олег Петрович Колосов. Он известный бизнесмен, делает колбасу под маркой "Мясной ряд", ты, наверно, слышал.
   - Не только слышал, но даже пробовал, - отозвался майор. - Кстати, нашел в Докторской небольшой клочок газеты. Кажется, "Рыбак Приморья".
   - Про качество колбасы ничего не скажу. Но мужик он богатый, и производит приятное впечатление. У него восемь месяцев назад родился сын, и ему нужна была няня. Поскольку в агентстве я - единственная женщина, выбор пал на меня.
   - Разве нянь набирают в детективных агентствах?
   - Само собой, нет. Ему нужна была не просто няня, а человек, который сможет разобраться в том, что происходит у него дома.
  -- Становится интересно.
   - Он пообещал мне двести долларов в месяц за работу няней, плюс тысячу за мою неофициальную работу, и еще тысячу, если я, в конце концов, отвечу на его вопросы. Можешь представить, как я обрадовалась возможности заработать. Тем более, что он не ограничил меня сроками, и я могу оставаться в его доме, пока не решу его проблемы.
   - А проблема, действительно, есть?
   - Судя по всему, да. Но почти сразу проблема возникла и у меня, поэтому я и обратилась к тебе. Честно говоря, я думала, что я всего лишь поработаю у Колосова несколько месяцев, после чего он сам со мной распрощается.
   Клотов внимательно слушал, методично отхлебывая пиво и разламывая пальцами скорлупу соленых фисташек.
   - Я должна рассказать, что привело Колосова к нам, - продолжала Галя. Она, наконец-то вспомнила о своей банке пива и сделала судорожный торопливый глоток. - Главное происшествие случилось в мае....
   Девушка на мгновение замолчала, восстанавливая в памяти хронологию событий.
   - Если точно - десятого мая.... Раньше, в апреле, Колосов взял на работу няню, чтобы она сидела с его трехмесячным сыном. Ребенок был на искусственном вскармливании, и его мать не хотела возиться с бутылочками, памперсами и пеленками. Няню нашли по рекомендации, ее звали Валентина Яковлевна. Я видела ее на фотографии с младенцем. Ей было немногим за пятьдесят, высокая, волосы по старомодному собраны в пучок. Мне рассказывали, что она была общительной, доброй и, что в прошлом она преподавала музыку, кажется, в школе.
   Клотов не прерывал девушку, чтобы не отвлечь ее от каких-нибудь важных подробностей.
   - Колосов с семьей живет в собственном доме в пригороде. Десятого мая в полдень няня должна была выйти с малышом на прогулку. У них было заведено, что в это время ребенок в коляске спит на свежем воздухе. В тот день кроме Валентины Яковлевны в доме было четыре человека: жена Колосова, ее брат, который находился у них в гостях, дочь Колосова от первого брака и охранник. Жена, Светлана, читала книжку на втором этаже. Она услышала странный звук, будто что-то большое упало на пол, по крайней мере, так ей показалось, и решила выяснить, что случилось. Светлана вышла на лестницу, которая связывает первый и второй этажи. Там есть площадка, с которой хорошо виден холл на первом этаже и входная дверь. Светлана подошла к перилам и увидела коляску, стоящую внизу возле двери. В коляске спал ребенок. Светлана хотела позвать няню, и узнать, почему ребенок оставлен без присмотра, но неожиданно увидела ее. Валентина Яковлевна лежала на полу под лестницей в неестественной позе. Светлана испугалась, и позвала на помощь. На ее крик прибежал брат и падчерица.
   Галя нервно поежилась и отхлебнула пиво. Хоть девушка не была участником описанных событий, вынужденная связь с домом Колосовых заставили ее искренне переживать из-за того, что случилось почти пять месяцев назад.
   - Судмедэксперт установил, что у Валентины Яковлевны была сломана шея. Именно эта травма вызвала мгновенную смерть. Следствие выдвинуло версию, что няня упала с площадки второго этажа, перевалившись через перила.
   - Не так часто люди ломают шею, падая с трехметровой высоты, - не удержался от замечания Клотов. - Даже, когда человека сбрасывают головой вниз, он обычно изворачиваешься, подобно кошке, и ломаешь ключицу, руку или ребра.
   - Для такой версии было серьезное основание, - объяснила Галя. - В крови и желудке няни нашли огромную дозу снотворного. По данным экспертизы Валентина Яковлевна выпила утром как минимум пятнадцать таблеток барбинал-натрия. Няня регулярно принимала эти таблетки, но, конечно, не в таком количестве. По мнению врачей передозировка снотворного могла вызвать временную потерю сознания. Вероятно, Валентина Яковлевна собиралась везти ребенка на прогулку, и ей для чего-то понадобилось подняться на второй этаж. Подъем по лестнице мог оказаться для нее слишком тяжелой нагрузкой и привести к потере сознания. Няня, должно быть, перевалилась через перила, и неудачно упав, сломала шею.
   Клотов удивленно вскинул брови.
   - В этой смерти было много странного, - продолжала Галя. - Во-первых, непонятно, зачем было пить утром так много снотворного? Ведь впереди был длинный рабочий день?! А, между тем, няня, наверняка, приняла таблетки сама, потому что нельзя заставить человека съесть столько неприятных на вкус таблеток, чтобы он при этом ничего не заподозрил. Конечно, Валентина Яковлевна могла принять снотворное под чьим-то нажимом, но, в таком случае, почему она никому об этом не сказала?
   - Действительно, странно, - согласился Клотов и открыл новую банку с пивом.
   - У следствия была версия, что Валентина Яковлевна пыталась совершить самоубийство. Многие это делают при помощи таблеток. Но у женщины, по всеобщему мнению, не было причин быть недовольной жизнью. Валентина Яковлевна была замужем. Ее брак, по словам знакомых и родственников, сложился удачно. Дети и муж ее любили. К тому же, не исключено, что у нее был тайный друг.
   - Любовник?! - удивленно спросил майор. - Ты вроде сказала, что ей было за пятьдесят!
   Галя с укоризной посмотрела на Клотова.
   - Ты что же думаешь, у женщины в пятьдесят лет не может быть друга?
   - Ну, я не знаю, - смутился майор. - В таком возрасте больше радуют внуки, чем друзья.
   - Как бы то ни было, но, выйдя утром из дома, Валентина Яковлевна, вероятно, зашла к кому-то в гости. И она почему то не поставила об этом в известность мужа.
   - Откуда такие сведения?
   - Эксперты нашли в желудке няни яичницу, хлеб, сыр, мякоть грепфрута, толченный миндаль и молоко. Молоко, скорее всего, попало в организм в виде мороженого. Очень странная смесь, не правда ли? ... Муж Валентины Яковлевны сказал, что жена на завтрак ела яичницу, хлеб с сыром и пила чай. Откуда тогда взялось все остальное? В доме Колосовых няня только обедает, но не завтракает. Тогда, у кого в гостях Валентина Яковлевна могла съесть такие непривычные для пожилых людей продукты? Только у друга.
   Клотов задумался.
   - Дело закрыли? - спросил он.
   -Да. Пришли к мнению, что няня по ошибке приняла излишек снотворного, и это привело к трагическим последствиям. Поскольку Валентина Яковлевна регулярно принимала витамины, решили, что она перепутала таблетки. Хотя, на мой взгляд, витамины и барбинал-натрия трудно спутать, - они совсем разные.
   Девушка с сомнением покачала головой.
   - Версия, не такая плохая, - заступился за следствие майор.
   - Версия казалась сносной поначалу, но последующие события заставили многих усомниться, что смерть няни так легко объясняется.
   Клотов с интересом слушал Галю. Интригующий рассказ завладел его вниманием.
   - Может купить еще пива? - спросила девушка, заметив, что майор выпил вторую банку пива.
   - Нет. Пива достаточно. Так что же случилось?
   - Ребенку нашли вторую няню, Нину Леонидовну. Колосовы предпочитали, чтоб за ребенком смотрела зрелая женщина, наверно, не доверяли молодым. Нина Леонидовна была старше, чем Валентина Яковлевна. Ее возраст я точно не знаю, но где-то под шестьдесят. Как мне описывали, она была не похожа на свою предшественницу: простоватая, без претензии на интеллигентность, невысокая, полная, глуховатая, поэтому всегда все переспрашивала, в общем - настоящая бабушка Нина.
   - И?
   - Месяц назад няня уволилась. И это, несмотря на то, что она сильно дорожила своим местом. Ее объяснения оказались очень странными. Вот, что Нина Леонидовна рассказывает. Двадцать восьмого августа в полдень она, как обычно, вывезла ребенка на прогулку. За воротами дома есть удобная площадка со скамейкой и навесом. Там они обычно гуляют. Возле дома проходит старая дорога, но место это тихое, - люди проходят редко, машины тоже проезжают нечасто. Ребенок в коляске спал, а Нина Леонидовна вязала.... И в этот момент на нее... напали!... Как говорит Нина Леонидовна, кто-то незаметно подошел к ней сзади и прижал ко рту тряпку. Няня попыталась вырваться, но тряпка была пропитана каким-то веществом, поэтому Нина Леонидовна сразу потеряла сознание. Приблизительно через пол часа она очнулась и увидела, что сидит все там же на скамейке, ребенок безмятежно спит в коляске, и ...ровно ничего не произошло.
   Галя развела руками, словно подтверждая нелепость ситуации.
   - Когда попытались разобраться с этим происшествием, - продолжила свой рассказ девушка, - выяснили, что ни с ребенком, ни с кем-либо еще в доме ничего не случилось. Более того, возле ворот дома находится пристройка, на втором этаже которой постоянно дежурит охранник. Он ни на минуту не отлучался, потому что должен наблюдать за ребенком и няней, когда они вне дома. Охранник клянется, что никуда не отходил, и ничего странного не видел, - все время няня сидела на скамейке и вязала. Правда, он видел ее со спины и не мог утверждать, вязала она или просто спала, пренебрегая своими обязанностями. По словам охранника, в какой-то момент няня вскочила со скамейки и подняла шум, заявляя, что на нее напали. Охранник убежден, что у старухи начался старческий маразм. В доме в тот час было еще два человека: я их уже упоминала, это жена Колосова Светлана и его дочь Лиза. Они тоже ничего не слышали и не видели.
   - Странно, - задумчиво произнес Клотов. - Кто-то напал на няню, усыпил ее и этим ограничился. Зачем? Может быть для того, чтобы напугать? Чтобы она уволилась и освободила свое место?
   - Или наоборот, - предположила Галя. - Няня все выдумала, чтобы поскорей уволиться.
   - Долго она еще проработала?
   - Уволилась через пару дней. Она сказала, что не может больше работать. Ей стало казаться, что кто-то строит против нее козни и хочет снова на нее напасть.
   - Наверно, все решили, что няня спятила?
   - Совершенно верно. Все, кроме Олега Петровича.
   - А почему он ей поверил?
   - Возникла дилемма: либо врет Нина Леонидовна, либо - охранник. Колосов решил, что старой женщине не за чем лгать, а вот охранник вполне мог незаметно подкрасться к няне и напасть на нее сзади. Хотя, все так же неясно, зачем? Но, кстати сказать, этот охранник, его зовут Влад, работал и в тот день, когда погибла первая няня. Может быть, поэтому Колосов подозревает его.
   - Но сам не знает в чем, - заметил майор.
   - Вот именно. Все в доме чувствуют, что происходит нечто странное и тревожное, но никто не знает, что именно. Поэтому, когда настал черед нанимать новую няню, Колосов обратился в наше детективное агентство. Он предложил, чтобы подготовленный человек побыл в роли няни и разобрался, что произошло в его доме и, предотвратил то, что, возможно, должно произойти.
   - И как твои успехи?
   - Я проработала пол месяца и, в принципе, не заметила ничего странного. Семья у Колосова вполне обычная. Олег Петрович живет со второй женой Светланой. Его первая жена умерла от рака три года назад. Вместе с ними живут трое его детей: Алексей, который родился восемь месяцев назад, старший сын Коля, ему тринадцать лет, и дочка Лиза, ей - двадцать пять. Вместе с Лизой живет ее муж Валера. Они могли бы жить отдельно, но Валера часто уезжает в командировки, а Лиза не привыкла быть одна, поэтому они пока что живут у отца, тем более, что дом у него большой, - места хватает всем. Последнюю неделю у Колосовых живет еще брат Светланы Григорий, он частный предприниматель из Хабаровска и всегда останавливается у них, когда приезжает по делам во Владивосток.
   Галя открыла дамскую сумочку, ремешок которой нервно мяла пальцами на протяжении разговора, и достала из нее пачку легких сигарет.
   - Будешь? - спросила она. - Колосовы запрещают курить при детях, поэтому я уже пол месяца страдаю, но зато почти отвыкла от сигарет.
   Клотов отказался от предложенной сигареты, а Галя закурила и продолжила прерванный рассказ:
   - Теперь о моей проблеме.... Шесть дней назад был дождь, и я пришла на работу в плаще. К вечеру дождь перестал, выглянуло солнце, и поэтому я забыла плащ на вешалке у Колосовых, и ушла домой без него. На следующий день я обнаружила в кармане плаща записку.
   Галя снова открыла сумочку и достала из нее два листка бумаги, сложенные в несколько раз.
   - Вот она, - сказала девушка и передала один из листков майору.
   Клотов вытер о шорты руки, и аккуратно взял протянутую записку, после чего так же бережно развернул ее.
   Записка состояла всего из двух предложений. Она была написана синей шариковой ручкой на листке в клетку, который вырвали, судя по небольшому формату, из записной книжки или блокнота.
   Послание было коротким и угрожающим:
   "ТЫ ЗНАЕШЬ ЧТО СЛУЧИЛОСЬ С НЯНЕЙ? ТЫ БУДЕШЬ СЛЕДУЩЕЙ".
   -Странные буквы, - отметил майор, с интересом разглядывая записку.
   - Я тоже обратила на них внимание, - согласилась Галя. - Все буквы печатные. Вероятно, автор не хотел, чтобы его узнали по почерку. Более того, буквы написаны как бы по отдельности, между ними - не одинаковое расстояние, иногда буквы стоят чуть ниже или выше соседних. Такое ощущение, что человек писал левой рукой и, может быть, изменял наклон письма или силу нажатия, специально для того, чтобы остаться неизвестным. Я думаю, если взять образцы почерка всех, кто бывает в доме Колосовых, то графологическая экспертиза, наверно, могла бы определить автора записки. Но у меня нет подхвата, чтобы провести такую экспертизу.
   - Насчет букв я с тобой совершенно согласен. Если бы их писали бегло, то они выглядели бы совсем иначе. А здесь - все линии неровные, не доведенные до автоматизма. Словно человек занимался не привычным для него делом, а нарочно изменял что-то или воспользовался какой-то очень неудобной ручкой.... А насчет экспертизы не стоит обнадеживаться, едва ли в твоем случае за нее возьмутся. Лучше покажи вторую записку, может быть, она даст что-нибудь.
   Галя отдала Клотову второй листок.
   - Эту записку я нашла сегодня, - сказала она. - Я специально пришла вчера на работу в плаще, поскольку обещали дождливую погоду. Вечером я оставила плащ в доме Колосовых на той же вешалке в холле. Сегодня утром в кармане лежала эта записка.
   На этот раз листок был белым, судя по линии отреза, - половина от обычного листа формата А4. Записка была написана тем же почерком, что и первая. Текст был более резким:
   "УБИРАЙСЯ ПОКА НЕ ПОЗДНО".
   - Почерк тот же, - задумчиво произнес майор. - А кто сложил листок? Ты или тот, кто написал записку?
  -- Я нашла ее в таком виде. А почему ты об этом спросил?
   - На сгибах листа видны темные полосы. Наверно, у того, кто складывал листок, были испачканы руки.
   Девушка наклонилась вперед и посмотрела на записку.
   - Чем испачканы?
   - Похоже на обычную грязь. Бумага - очень белая, поэтому заметно.
   - Обычная грязь нам ничего не дает.
   - Да. Разве что на бумаге могли остаться более четкие отпечатки пальцев.
   - Отпечатки с этих записок снимут лишь в том случае, если меня убьют.
   - Тут ты права. Тогда могут провести и графологическую экспертизу почерка. А сейчас никто не возьмется за такую кропотливую работу.
   - А что ты думаешь обо всем этом? Надо боятся угроз?
   Клотов задумался.
   - Учитывая события, которые произошли в доме Колосовых, угрозы могут быть реальными. Пожалуй, тебе следует что-то предпринять. Может быть, уволиться.
   - Это отпадает, - решительно возразила Галя. - Что я скажу Колосову и ребятам в агентстве?! Когда я согласилась на эту работу, никто не обещал легкой жизни; к тому же в агентстве считают, что автор записок ограничится угрозами, ведь раньше, когда он хотел что-либо сделать, он это просто делал, и никого об этом не предупреждал.
   - Может быть, и предупреждал, только мы об этом не знаем.
   - Так как мне поступить?
   Клотов пожал плечами.
   - Трудно что-то посоветовать, ведь плохой совет подвергнет тебя риску.
   - Я рассчитываю на твою помощь.
   Девушка трогательно, словно беззащитный щенок, заглянула в глаза майору.
   Клотову стало неловко.
   - Я бы рад помочь. Тем более, что я - в отпуске.... Только как?
   - Ты - в отпуске?! - обрадовалась девушка.
   Майор подумал, что, зря сказал про отпуск.
   - Ну, да.
   Галя радостно схватила Клотова за руку.
   - Помнишь, ты говорил, что у меня в долгу, - напомнила девушка.
   Она явно намекала на то, что однажды помогла Клотову, когда на него хотели завести уголовное дело по незаконному лишению свободы.
   - Я тебе всегда готов помочь.
   - Значит, ты поддержишь мой план?!
   - Какой?
   Майор понял, что Галя пришла на встречу, заранее отведя для него конкретную и немаловажную роль в своем плане.
   - Андрей, ты - такой умница, - льстиво заговорила Галя. - Ты сразу разберешься с этой пустяковой задачей, если поживешь в доме Колосова.
   - Поживешь?! - Клотов чуть было не рассмеялся. - Я, кажется, понял! Ты уйдешь на больничный, а я поработаю за тебя няней! Здорово придумано!
   - Я буду с тобой.
   - Ага. Значит, план похитрее?! Я буду твоим мужем?! Мы скажем, что наш дом сгорел, и попросим приюта у Колосова?! Предлагаю взять с собой старшего лейтенанта Бубнова, и выдать его за нашего сына.
   - Перестань язвить, - попросила девушка. - На самом деле, все гораздо проще. Я скажу Колосову, что одна я не могу справиться с этой задачей, и попрошу его, чтобы он разрешил тебе пожить в доме день-два. Родным он представит тебя, как своего партнера по бизнесу. Это ни у кого не вызовет подозрения. Колосов иногда приглашает к себе своих деловых партнеров. Я была свидетелем, как у него ночевал какой-то Паша из Москвы.
   - Он не согласится на такое.
   - Я уже прозондировала почву. Он обязательно согласиться. Если ты пообещаешь помочь, я сегодня же поговорю с Колосовым по телефону, и уже завтра ты сможешь приехать к нему в качестве гостя.
   Клотову не хотелось терять драгоценные дни отпуска, тем более сейчас, когда жена была в Находке, отчего ценность этих дней утраивалась.
   - За два дня я не разберусь с такой уймой вопросов.
   - Не прибедняйся. Я уверена, что ты решишь их с ходу. В любом случае, через два дня ты можешь с чистой совестью уехать. Я от тебя отстану, - Галя с кокетством и мольбою взглянула на майора. - Ну, пожалуйста, Андрюша. Что тебе стоит?!
   - Я боюсь, что не оправдаю твои надежды, - слабо возразил Клотов.
   - Я правильно поняла, ты согласен?! - радостно воскликнула девушка.
   - Ну, хорошо. Но, только на два дня! - уступил майор, ругая себя в душе за податливость.
   "Долги надо возвращать," - подумал он.
   - Ты - умница! - обрадовалась Галя, и не будь между ней и Клотовым стола, непременно бросилась бы ему на шею.
   Можно было подумать, что, дав согласие, майор сразу решил все ее проблемы.
   В последующие десять минут Галя и Клотов условились, что девушка поговорит с Колосовым и сообщит майору о результатах разговора. Если все пройдет так, как задумала Рыбкина, то завтра Олег Колосов встретиться с Клотовым и отвезет к себе домой в качестве гостя и партнера по бизнесу.
  
  
  
   Глава 3.
  
   Вечером позвонила Галя.
   - Я с ним договорилась, - сообщила она. - Колосов подберет тебя завтра после работы возле твоего дома. Я объяснила ему, где ты живешь. В восемнадцать часов тебе удобно?
   - Нормально. Я как раз успею сделать то, чем планировал заняться в ближайшие дни, - ответил Клотов, которого уже клонило в сон от выпитого пива. - Как отреагировал Колосов на твое предложение?
   - Он меня внимательно выслушал и сказал, что, если это надо для завершения дела, то твое соседство ему не помешает. Колосов даже пообещал увеличить гонорар, чтобы его хватило на двоих. Ну, это, само собой разумеется, при благоприятном исходе.
   - Ты предупредила его, чтоб он никому не говорил, что я - майор милиции?
   - Разумеется. Он пообещал не говорить об этом даже своей жене. Для всех ты будешь его поставщиком из Екатеринбурга.
   Клотов повесил трубку.
   "Какого черта я согласился на эту глупую авантюру? - удивился своей уступчивости майор. - Ведь так просто было отказаться".
  
   На следующий день Клотов проснулся в пол десятого. С двенадцати до пятнадцати он ездил по городу, занимаясь делами, которые нельзя было отложить. Затем майор загнал свою Тойоту Короллу в гараж и вернулся домой.
   Ему требовалось время, чтобы перевоплотиться в специалиста по колбасным изделиям из Екатеринбурга.
   Чтобы не выглядеть профаном и не выдать себя, показав полную неосведомленность, Клотов открыл Большую Советскую энциклопедию и прочитал статьи под названием: Свердловск, Свердловская область, Мясо, Мясокомбинат, Колбасные изделия. Через сорок минут майору показалось, что он знает о производстве колбасы все.
   Разобравшись с колбасой, Клотов занялся своим внешним видом. Он долго думал, как одеться. Наконец, решил, что екатеринбургский предприниматель должен выглядеть как обычный человек. Поэтому Клотов не стал доставать из шкафа свой единственный свадебный костюм, а просто надел самые приличные джинсы и джемпер. Погода в конце сентября была необычно теплой, но все-таки пора милых сердцу футболок и рубашек с коротким рукавом прошла, и со дня на день можно было ждать похолодания.
   Чтоб стать похожим на командировочного, майор собрал дорожную сумку. Он положил в нее все, что могло пригодиться в доме Колосова, и добавил "для веса" стопку "бесполезных" вещей.
   Без пяти шесть Клотов вышел из дома и пошел в сторону дороги, которая проходила в ста метрах от его подъезда. Чувствовал майор себя по-идиотски. Затея Гали казалась ему дурацкой. Видимо, вчера выпитое пиво разожгло авантюризм Клотова, и помешало ему скептически отнестись к изложенному плану. Теперь отступать было поздно, но он плохо представлял себе предстоящее житие в качестве делового партнера Олега Петровича Колосова.
   Опоздав на пять минут, у обочины дороги остановился новый фиолетовый Прадо. Клотов узнал джип Колосова по регистрационному знаку, который ему сообщила Галя. Олег Петрович в свою очередь тоже получил от Гали профессионально-точный словесный портрет майора.
   Клотов открыл дверь машины и поздоровался с мужчиной, сидящим за рулем, затем залез на переднее сиденье и поставил дорожную сумку себе на колени.
   - Лучше назад, - предложил владелец джипа и перебросил сумку на заднее сиденье.
   - Олег Петрович Колосов, - представился бизнесмен и пожал майору руку.
   - Андрей... Клотов.
   Колосов вывернул руль и, съехав с обочины, влился в автомобильный поток.
   - Галя уверена, что вы поможете разобраться с нашими проблемами, - сказал бизнесмен, бросив на майора испытывающий и немного скептический взгляд.
   - Она меня порой переоценивает, - поскромничал Клотов, но быстро сообразил, что в данный момент лучше заняться саморекламой. - Наверно, это потому, что я часто распутывал дела, которые другим были не по зубам.
   - Мне нравится ваша уверенность.
   - Давайте перейдем на ты.
   - Давайте. В нашем случае без этого не обойтись, - согласился Колосов.
   Олег Петрович следил за дорогой, и майор воспользовался этим, чтобы внимательней рассмотреть своего "делового партнера".
   Колосов сидел, но майор безошибочно определил, что в бизнесмене было почти сто восемьдесят сантиметров роста. Судя по комплекции, он должен был весить не менее девяносто пяти килограмм. Олег Петрович был в костюме и в галстуке, но его голова неудачно смотрелось в вороте дорогого пиджака и голубой рубашки. Черты лица Колосова было простыми и грубым, отчего его проще было представить стоящим на краю поля в грязной одежде и кепке, например, в качестве главы фермерского хозяйства. В новеньком джипе и безупречном костюме Олег Петрович был похож на счастливого комбайнера, неожиданно выигравшего состояние в телевизионном шоу. Однако, когда Колосов говорил, сразу становилось понятно, что он наделен отменными деловыми качествами. Его голос был тверд, а речь уверенна и логична.
   - Что ты собираешься делать? - спросил бизнесмен.
   У Клотова не было конкретного плана, поэтому он соврал:
   - Хочу уточнить ряд моментов, без которых невозможно распутать дело. Для начала я должен оказаться на месте событий.
   Бизнесмен недоверчиво кивнул, и следующий вопрос задал "в лоб":
   - Тебя интересует только место событий, или ты предполагаешь, что в этих событиях замешан член моей семьи?
   Майор постарался ответить деликатно.
   - Охранник, несомненно, имеет отношение к случившемуся, - уверенно произнес Клотов. - Но не исключено и то, что в вашей семье, есть человек, а, может быть, даже и не один, который больше других знает о смерти Валентины Яковлевны и о странном происшествии со второй няней.
   Майор обратил внимание, что непроизвольно назвал Колосова на "вы".
   - Но почему он не расскажет об этом мне?
   - Пока не знаю.
   Олег Петрович мрачно задумался. Было ясно, что его очень беспокоят события, которые произошли в его доме.
   - Я представлю тебя родным как партнера из Екатеринбурга, поставляющего искусственные оболочки для колбас, - сказал Колосов после минутного молчания. - Наверно, ты слышал о том, как делается колбаса?
   - Я прочитал об этом в энциклопедии.
   Олег Петрович оторвал взгляд от дороги и искоса посмотрел на майора. Он не понял, шутит Клотов, или нет.
   - Ну, этого вполне достаточно.
   Майор имел лишь поверхностное представление о том, с кем ему предстоит встретиться в доме Колосова. Вчера Клотов был не в том состоянии и настроении, чтобы вникать в детали, поэтому Галя лишь вскользь коснулась родственников Олега Петровича.
   - Расскажи мне о своих домочадцах, - попросил майор. - Чем лучше я буду их знать, тем быстрее впишусь в обстановку.
   - Попробую. - Согласился Колосов. - Но, что именно тебя интересует?
   - Немного о каждом. Только то, что ты сочтешь нужным рассказать.
   - Хорошо. - Олег Петрович задумался, выбирая, с кого начать. - Мою жену зовут Светлана. Мы женаты два года. Мать моей дочери и старшего сына умерла почти четыре года назад от лейкемии. Светлана была дальней родственницей моей первой жены, но я познакомился с ней только на похоронах. Потом мы виделись на девять и на сорок дней. Затем, однажды, в мою фирму пришла проверяющая СЭС, в которой я узнал Светлану. У нас завязались деловые отношения, которые постепенно превратились в личные. Два года назад мы поженились. В конце января у нас родился сын Алексей. Сейчас Светлана находится в декретном отпуске.
   Колосов говорил спокойно и сухо, словно читал резюме человека, пришедшего устраиваться к нему на работу.
   - Моя дочь Лиза закончила ВГУЭС. Ей двадцать пять. Она дизайнер, работает через интернет, выполняя самые различные заказы, от бижутерии до дизайна мебели, квартир и даже кондитерских изделий. О ее заработке я имею смутное представление, но видимо, он еще не очень велик. Хотя для нее это не очень важно, она вся - в творчестве, и я стараюсь, чтобы она не ощущала финансовых проблем. Год назад Лиза вышла замуж. Ее муж Валера толковый парень, по образованию экономист. Ему двадцать шесть. Он работает менеджером по закупкам в строительной фирме и часто бывает в командировках. Лиза и Валера живут у меня, хотя я им пообещал в качестве свадебного подарка купить квартиру в любом приглянувшемся им месте. Пока что они выбирают.
   Джип сильно тряхнуло на яме. Колосов поздновато притормозил и грубо ругнулся в адрес черного Терано, который помешал ему объехать прореху в асфальте.
   - Не знаю, что сказать о моем старшем сыне.... Ему только тринадцать. Зовут Николай. Он учится в частной школе. Ну, его отметки тебя, наверняка, не интересуют, - Олег Петрович улыбнулся. - ...Сейчас у нас гостит брат Светланы, Григорий. Честно говоря, в этом году, он особенно часто к нам приезжает. Практически каждый месяц живет у нас неделю - две. Мне это не мешает, потому что он простой и бесконфликтный мужик, правда, как мне кажется, большой любитель выпить и приврать. Он живет в Хабаровске, недавно развелся, ему, кажется, тридцать восемь дет. Григорий -частный предприниматель, занимается запчастями для иномарок, поэтому часто приезжает во Владивосток. Я уже привык, что он живет с нами.
   - Когда погибла няня, Григорий был во Владивостоке?
   Колосов с пониманием взглянул на майора.
   - Оба раза и, когда погибла Валентина Яковлевна, и когда произошел непонятный инцидент со второй няней, Григорий был здесь. Правда, во второй раз он был вне дома, ездил куда-то по своим делам. Но, я не думаю, что он как-то связан с этими событиями. Я уже говорил, что он живет у нас, пожалуй, даже больше, чем в Хабаровске, поэтому нет ничего странного в том, что он был во Владивостоке в эти дни.
   - Остается охранник, - напомнил Клотов, давая понять, что Григорий его интересует не больше других.
   - Да. Охранник, несомненно, знает о происходящем больше любого из нас. Мой дом находится в достаточно глухом месте, ты это сам сейчас увидишь. С одной стороны, он - в каких-то пятистах метрах от шоссе, но с другой стороны, - кругом лес, поблизости всего несколько домов, поэтому, например, ночью, в нем немного жутковато. Поэтому я держу дома охрану. Три человека по очереди охраняют дом. Так получилось, что Влад дежурил оба раза, когда в моем доме произошли эти странные события. Можно было бы назвать это случайностью, если бы не нападение, о котором рассказала вторая няня. Я ей верю, а поскольку Влад просто не мог не видеть, как на нее напали, значит, это сделал он сам. Поэтому я, хоть и считаю, что от него исходит какая-то угроза, все равно его не увольняю. Я это делаю специально для того, чтобы вы вывели его на чистую воду.
   - А кому угрожает опасность на твой взгляд?
   - Не знаю. Я больше всего опасаюсь за своего младшего сына. Но, с другой стороны, с ним ничего не произошло во время этих инцидентов, хотя он был абсолютно беззащитен. Поэтому я стал опасаться за жену и дочь. Они тоже оба раза были дома.
   Пока Колосов и майор разговаривали, фиолетовый Прадо выехал на загородное шоссе и, увеличив скорость, быстро домчался до четырнадцатого километра. Справа на сопке распростерлось унылое Лесное кладбище. Сразу за кладбищем джип свернул на дорогу, ведущую на автозаправочную станцию. Еще через двести метров Олег Петрович снова повернул направо, и Прадо оказался на разбитой грунтовке, углубляющейся в лес.
   Это было старое шоссе. Когда то здесь пролегала главная автотрасса, соединяющая Владивосток с остальными городами России. В шестидесятые годы шоссе спрямили, и двухкилометровый участок дороги оказался заброшенным. С тех пор асфальт на дороге почти полностью разрушился, и от него остались только редкие заплаты, которые мешали движению.
   В это время года на заброшенной улице Полетаева было необыкновенно красиво. Прадо ехал медленно, поэтому Клотов смог полюбоваться видом из окна, который для Колосова давно стал привычным.
   Лес был окрашен в яркие красно-желтые цвета. Некоторые деревья еще зеленели, сопротивляясь осени, а другие уже сбросили побуревшую листву. Деревья плотно обступили дорогу и сделали над ней свод, сомкнув свои кроны. Увядающая трава на склонах и ухабистая грунтовка были усыпаны несметным количеством желтых, красных и коричневых листьев.
   Слева через приличное расстояние друг от друга стояли одинокие частные дома. Судя по внешнему виду строений, в них доживали свои дни в уединении и спокойствии обедневшие пенсионеры. На некоторых участках Клотов увидел строящиеся коттеджи.
   Майор знал, что в конце этой дороги, там, где она снова подходила к шоссе, активно велось жилищное строительство. Там уже были воздвигнуты десятки разностильных коттеджей, но на этом конце улицы пока что было тихо, красиво и даже немного дико.
   Через пол километра дорога взобралась на перевал и пошла под гору, одновременно повернув налево. С этой высокой точки открывался превосходный вид на Амурский залив. Живописную панораму частично закрывал высокий зеленый забор и двухэтажный коттедж Олега Петровича. Однако, проехав немного дальше, или, поднявшись на террасу дома Колосова, можно было увидеть по истине чарующую картину. Взору открывались две покатые сопки, разукрашенные пестрой осенней палитрой. Склоны сопок обрамляли панораму снизу, справа и слева и, указывая направление взгляду, спускались к морю. У побережья, приблизительно в трех километрах ниже того места, где находился дом Олега Петровича, виднелись мазки цивилизации в виде нескольких многоэтажных домов. Волнистый берег переходил в синюю полосу Амурского залива, за заливом четко прорисовывалась бурая холмистая полоса противоположного берега, а над ней - сочное голубое небо.
   Там, где дорога делала поворот налево и начинала спускаться с перевала, склон имел форму ступени, на которой и расположился дом Колосова.
   Фиолетовый джип остановился на вымощенной брусчаткой площадке перед металлическими воротами и калиткой.
   Олег Петрович не успел просигналить, как ворота, приводимые в движение электромотором, поползли в сторону. Клотов воспользовался короткой остановкой для того, чтобы осмотреться.
   Дом Колосова находился слева от дороги, а справа от нее сплошной стеной стоял лес, покрывающий сопку до самой ее вершины. Ближайшие к дому строения располагались дальше и ниже по улице. Клотов разглядел там один старенький домишко, и синюю крышу заслоненного деревьями коттеджа.
   Пока джип заезжал во двор, майор успел осмотреть благоустроенную площадку между дорогой и забором. В центре ее стояла выкованная из чугуна изящная скамья с подлокотниками, обращенная спинкой к воротам. Над скамьей был сделан навес, украшенный такой же искусной ковкой. Судя по всему, это была та самая скамейка, на которой сидела Нина Леонидовна, когда на нее напали. Было очевидно, что, желая остаться незамеченным, неизвестный должен был прийти той же дорогой, по которой приехали Клотов и Олег Петрович. В таком случае его обязательно должен был увидеть охранник, дежуривший на втором этаже строения, которое возвышалось над забором и выполняло роль сторожевого поста.
   Джип остановился посреди двора, который был полностью вымощен брусчаткой, так что нигде не было видно ни пригоршни земли, если не считать кадок, в которых росли молодые кипарисы.
   Олег Петрович первым вылез из машины. Клотов последовал за ним, захватив с заднего сиденья дорожную сумку.
   Коттедж Колосова имел два этажа и мансарду, и был покрыт светло-серым отделочным материалом. Большая терраса выходила на противоположную сторону дома, а во двор смотрели только окна. Входная дверь была двойной и стеклянной, наподобие тех, которые устанавливают в супермаркетах, поэтому через стекло был прекрасно виден холл, посередине которого лежал ковер, а так же другие элементы обстановки, в числе которых майор приметил бочонок с пальмой трехметровой высоты и лестницу, ведущая на второй этаж.
   "Под этой лестницей жена Колосова нашла мертвую няню", - сообразил Клотов.
   Олег Петрович и гость вошли в дом.
   - Светлана! - громко позвал Колосов, переступив порог.
   Не дожидаясь появления хозяйки, мужчины разулись, и убрали обувь в шкафчик под вешалкой, на которой в это время года висело совсем мало верхней одежды. В шкафчике майор обнаружил пару тапочек своего размера, а на вешалке - знакомый плащ сиреневого цвета.
   "Видимо, не очень хорошо идут дела в детективном агентстве, раз Галя за столько лет не смогла поменять себе плащ".
   Он еще помнил то время, когда Галя приходила в этом плаще на службу в РУВД. В памяти до сих пор остался крапчатый рисунок на пуговицах, и голубой подклад.
   "Она опять оставила на вешалке свой плащ, специально провоцируя автора записок на новые угрозы", - догадался майор.
   Клотов знал, что, скорее всего, в этот момент Галя толкается в каком-нибудь переполненном автобусе. Ей нужно было сделать как минимум две пересадки, и потратить целый час, чтобы добраться из пригорода к себе домой.
   Из комнаты, расположенной на первом этаже, из которой уже доносились запахи готовящейся пищи, вышла молодая женщина лет тридцати пяти.
   - Света, познакомься, это - мой партнер из Екатеринбурга, Андрей. - Сказал Колосов, указывая на Клотова. - Я тебя предупреждал, что он поживет у нас несколько дней..... А это - моя жена, Светлана.
   Майор и жена Колосова обменялись слащавыми улыбками и кивками.
   "Почему восемьдесят процентов Светлан - это блондинки?" - подумал Клотов.
   Хозяйка дома была очень привлекательна. Большие голубые глаза и пухлые губки поначалу ввели майора в заблуждение. Однако вскоре в процессе общения ему стало понятно, что Светлана не только соблазнительна и красива, но и далеко не глупа.
   Рождение ребенка и три с лишним десятка прожитых лет придали ее фигуре спелые формы, свойственные следящим за собой нерасполневшим женщинам. В этот вечер на Колосовой было короткое "не домашнее" платье, которое подчеркивало холмистость ее фигуры, и свидетельствовало о том, что гостя ждали.
   - Привет, Па, - негромко произнес кто-то наверху, и майор вместе с Олегом Петровичем дружно вскинули подбородки.
   На площадке второго этажа стояла девушка. Она держала на руках одетого в ползунки и распашонку малыша. Нетрудно было догадаться, что у нее на руках - третий отпрыск Олега Петровича, названный Алексеем.
   - Привет, Лиза, - улыбнулся дочери Колосов.
   - Здравствуйте, - добавил Клотов.
   - Добрый вечер, - ответила Лиза.
   Дочь Колосова оказалась обаятельной девушкой среднего роста, изящной и стройной. Ее прямые волосы ниспадали на плечи и были выкрашены в цвет созревшей пшеницы. От Лизы веяло неким аристократизмом, как от человека, выросшего в достатке и обласканного вниманием. "Изюминкой" девушки были красивые светло-серые глаза.
   Однако, Клотову показалось, что у Лизы через чур тонкие губы, и он пришел к выводу, что Светлана выглядит гораздо интересней и соблазнительней чем ее падчерица.
   Но в целом, майор не мог не признать, что Олег Петрович окружен исключительно красивыми женщинами. В какой-то мере это должно было скрасить пребывание Клотова в доме Колосова, поскольку женское общество уже само по себе приятно.
  
  
  
   Глава 4.
  
  
   В последующий час Клотов познакомился с остальными родственниками Олега Петровича: с его тринадцатилетним сыном Николаем, с братом Светланы Григорием и мужем Лизы Валерой.
   О каждом из них у майора сложилось первое черновое мнение.
   Коля показался майору избалованным шалопаем. Этот маленький и упитанный паренек сразу стал называть гостя на "ты", но, по большому счету, не проявил к Клотову никакого интереса. Все время до ужина он гонял по дому, управляя машинкой на дистанционном управлении, и, выкрикивал при этом громкие реплики, вроде: "Вот, черт! ...Разойдись!... Посторонись, приятель!".
   Григорий оказался немолодым лысеющим мужчиной лет сорока. Он был худощав и сутул. Несмотря на то, что Григорий часто подолгу жил у сестры, держался он скромно, будто чувствовал себя обременительным гостем. Его лицо принужденно улыбалось, а глаза бегали. Однако, первая же выпитая за ужином рюмка водки сильно преобразила Григория, и сделала его очень разговорчивым. В кампании Григорий создавал себе имидж эрудита и знатока почти во всех областях. Он был готов учить женщин премудростям вечернего макияжа и делиться с Олегом Петровичем тонкостями ведения бизнеса. Не известно, как относились к Григорию в прочих местах, но родственники воспринимали его болтовню с усмешкой и пропускали ее, большей частью, мимо ушей.
   Валера появился в доме Колосова перед самым ужином. Он приехал на коричневой Тойоте Короне девяносто пятого года - подарке тестя к двадцати пятилетию. Клотов был немного удивлен тем, как выглядел зять Олега Петровича. Майор ожидал увидеть красивого высокого парня, амбициозного и хваткого настолько, чтобы заинтересовать привлекательную дочь Олега Колосова. Валера, вопреки ожиданиям Клотова, выглядел не очень представительно. Он был одного роста с Лизой, щуплым, и молчаливым. Его брачный союз с Лизой был тем более странным, что Валера, насколько знал майор, не мог похвастать богатыми родственниками или способностью зарабатывать деньги. Позже, Клотов подметил, что Валера очень трепетно относится к своей жене. Это навело майора на мысль, что именно любовь и преданность выделила Валеру из большого числа ухажеров.
   Олег Петрович предложил Клотову гостевую комнату на втором этаже. Из окна комнаты был хорошо виден вымощенный двор, ворота, пристройка, в которой находилась охрана, дорога и лес за забором. Из-за забора выглядывал лишь небольшой край навеса, который защищал скамью и отдыхающих на ней от солнца и непогоды. Майор отметил, что из дома невозможно увидеть, что происходит непосредственно на площадке, где расположена скамья.
   В соседней комнате жили Лиза с Валерой. Остальные жильцы занимали комнаты в другой половине дома и могли любоваться видом на море. Те комнаты были более солнечные. Там тоже была комната для гостей, но ее занимал Григорий.
   Клотов вышел перед ужином во двор, чтобы покурить. Заодно он хотел познакомиться с Владом. Однако, встретившись в дверях с Олегом Петровичем, майор узнал от него, что в этот день дежурил другой охранник. Влад должен был заступить на сутки завтра в девять утра. Это немного изменило планы Клотова, и он, воспользовавшись случаем, попросил у Колосова сотовый телефон.
   Во дворе майор отошел подальше от дома к длинному капитальному гаражу, рассчитанному как минимум на пять машин, и зажег сигарету. Убедившись, что поблизости никого нет, он позвонил Гале.
   Она уже была дома.
   - Алло.
   - Это - Андрей, - представился Клотов и отвернулся к гаражу, стараясь говорить как можно тише.
   - Привет. Ты - у Колосова?
   -Да. Я уже познакомился с его семьей. Сейчас сядем ужинать.
   - Тебя никто не слышит?
   - Нет. Я вышел на улицу. Взял у Колосова сотовый телефон.
   - Все нормально?
   - Пока, да. Я хочу попросить тебя сделать одно важное дело.
   - Какое?
   - Тебе нужно встретиться с Ниной Леонидовной. Я подумал, что пересказ других людей мог сильно исказить события. Пусть она тебе подробно расскажет, как на нее напали. Может быть, она вспомнит какую-нибудь новую деталь.
   - А как я ей представлюсь?
   - Объясни, что ты работаешь няней у Колосова. Можешь рассказать ей про письма с угрозами. Добавь, что очень боишься и хочешь посоветоваться с ней, насколько опасно оставаться на этой работе. Кстати, у тебя есть ее адрес?
   - В агентстве должен быть ее адрес и телефон.
   - Ну, тогда действуй. Лучше, если ты сделаешь это сегодня.
  
   Когда восьмимесячный Алексей в очередной раз уснул и позволил взрослым оставить его одного в кровати, семья Колосовых и их гость собрались в просторной гостиной на втором этаже. Северное окно гостиной выходило на большую застекленную террасу. Дверь на террасу была приоткрыта, пропуская в комнату свежий лесной воздух.
   В комнате уже горел свет, хотя в окне, смотрящем на запад, только начало розоветь солнце, собираясь нырнуть за полоску земли по ту сторону Амурского залива.
   Все быстро сели за стол, на котором уже стояли холодные закуски. Светлана и Лиза принесли из кухни горячее, большая часть которого была заказана в ресторане, а меньшая - приготовлена Лизой. Григорий вызвался разливать водку, вино и коньяк.
   После первого же тоста атмосфера за столом разрядилась и стала почти что непринужденной. После второго - присутствие незнакомца уже никого не обременяло. По крайней мере, так казалось.
   Клотов тоже выпил, чтобы не вызывать недоверие у присутствующих.
   За столом всех развлекал Григорий. Алкоголь сразу развязал ему язык и развеял скованность, которая вначале была очень заметна в его поведении. Григорий разглагольствовал о всем подряд, перепрыгивая с одной темы на другую. Его болтовня вызывала у сидящих за столом скрытые усмешки и недоверие. Майор не сразу разобрался, в чем причина такого снисходительного и насмешливого отношения, но постепенно понял, что Григорий часто без зазрения совести привирает. Причем врал и преувеличивал он с таким вдохновением и искренностью, что никто не считал себя вправе его разоблачать, а, наоборот, каждый старался подкинуть ему очередную пищу для разговора. Даже Светлана не пыталась прервать "бенефис" Григория и только улыбалась, когда брат особенно лихо сочинял. Она знала, что Григорий обижался, когда сомневались в правдивости его слов. Поэтому, когда он рассказывал что-нибудь вроде того, как в Монголии катался на трехгорбом верблюде, Светлана молча кивала головой, словно подтверждая его немыслимые истории.
   - Что сказал врач о сломанном ребре? - поинтересовалась Лиза, предлагая Григорию новую тему для разговора.
   - Да, ну его, - пренебрежительно отмахнулся Григорий. - Двоечник. Вместо того, чтобы учиться, он в мединституте лаборанток по углам зажимал.
   Видя, что Клотов не понимает, о чем идет речь, Григорий объяснил:
   - Вчера я чуть не задавил алкаша. Он выскочил на дорогу, когда у меня на спидометре было восемьдесят. Благо, у меня хорошая реакция, - тут ему повезло. Я нажал на тормоза так, что оставил на асфальте почти всю резину. Остановился в десяти сантиметрах от забулдыги. Спас чудака, но больно ударился об руль вот этим местом, ... под самыми ребрами, - Григорий осторожно потрогал верх живота.
   - К вечеру ребро стало сильно болеть, - продолжал он. - Я надеялся, что боль за ночь пройдет, но стало только хуже. Поэтому я сегодня пошел в травмпункт. И представляете, что мне сказали?! Что у меня - ушиб. Вы слышали?! Но, я то вижу, что - перелом. Я врачу объяснил, что у меня - скрытый перелом, а этот бездарь, сразу видно, анатомию в институте прогулял, даже не имеет представление о строении ребра. Я понял, что зря теряю время. Махнул рукой на бесплатную медицину и ушел. Ребро ведь не рука, срастется как-нибудь.
   В то время как Григорий блистал "эрудицией", собравшиеся за столом в основном молчали и лишь изредка обменивались короткими репликами. Валера вообще не сказал ни единого слова, он сидел и хмурился, будто был чем-то расстроен. Судя по тому, что другие не обращали на замкнутость парня внимания, Клотов предположил, что это была его обычная манера держаться.
   Коля за столом баловался и несколько раз ронял еду на пол, за что заработал несколько замечаний отца. Светлана, видимо, не решалась ругать пасынка. При очередной выходке мальчишки она лишь хмурила брови, Колосов замечал реакцию жены и сам делал замечание. Было видно, что Коле было скучно, но он оставался за столом и вертелся на стуле, ожидая десерт.
   - Коля, это ты заходил в мою комнату? - строго спросила Лиза младшего брата.
   -Не-е.
   - Врешь?
   - Чё я там забыл? - не хотел сознаваться мальчишка.
   - Может быть, он, действительно, ни при чем, - вмешался в разговор отец. - У тебя что-то пропало?
   - Ничего не пропало, - ответила дочь. - Просто я заметила, что кто-то рылся на моей книжной полке. Книги и журналы стоят в другом порядке. Однажды, Коля уже копался в моих журналах, когда интересовался девушками в купальниках.
   Лиза ехидно улыбнулась.
   - Может быть, это - не он, - заступилась за пасынка Светлана, немного смущенная тем, что о семейных делах заговорили в присутствии гостя. - Коля ведь пообещал, что больше не будет заходить в твою комнату.
   - Я спросила, чтоб в этом убедиться.
   - Да, не трогал я твои журналы! - Огрызнулся Коля. - Я папины смотрю.
   Олег Петрович строго посмотрел на сына, и тот замолчал. Светлана смутилась.
   В конце ужина зазвонил телефон.
   Светлана как раз собиралась пойти в кухню за десертом, и оказалась ближе всех к телефону. Она взяла трубку и сказала:
   - Алло.
   Клотову показалось, что в следующее мгновение жена Колосова поменялась в лице. Ее глаза сузились, а губы сжались. Словно пытаясь спрятаться от любопытных взглядов, Светлана повернулась к столу спиной, и майор уже не мог видеть ее лица.
   Жена Колосова слушала не долго, после чего сказала, пожалуй, излишне грубо, поскольку на это обратили внимание многие из присутствующих:
   - Позвоните позже. Мы сейчас ужинаем.... В десять часов. На сотовый.
   Положив трубку, Светлана вновь повернулась к столу. Внешне она была спокойна и расслаблена. Однако, майор был уверен, что жена Колосова взволнована, но умело скрывает это.
   - Кто звонил? - спросил Олег Петрович. Его тоже удивил резкий тон супруги.
   - Это по твоей работе, - объяснила Светлана и невинно улыбнулась. - Я подумала, что сейчас неподходящее время для деловых разговоров и попросила перезвонить.
   "Не очень вежливо "попросила"", - подумал Клотов.
   - А кто звонил?
   - Я не поняла.
   - Может быть, хотели поговорить по важному делу, - неодобрительно заметил Колосов.
   - Нет. Ничего важного, - успокоила его Светлана. - Сказали, что звонят по пустяку и спросили, когда лучше поговорить, сейчас или попозже.
   Этот ответ удовлетворил Колосова. Однако, майор мог поспорить, что жена Колосова солгала.
   - Лиза, ты не поможешь мне принести чай? - попросила Светлана.
   - Конечно, - отозвалась девушка и пошла с мачехой на кухню.
   Скоро Лиза и Светлана принесли на подносах чай, кофе и торт.
   - Лиза сама испекла торт, - похвасталась за падчерицу Светлана. - Она - первоклассный дизайнер. В ее руках все становится произведением искусства.
   Торт, на самом деле, выглядел необычно. Он был несимметричным и странным, словно скульптура, собранная из подручного хлама каким-нибудь чудаковатым абстракционистом.
   - Похоже на свалку, - метко подметил Коля.
   - Я назвала торт "Костер желаний", - сказала Лиза, не пытаясь скрыть гордость за свое творение.
   Клотову достался кусок торта, в котором он различил сделанную из мармелада и крема заднюю часть трамвая. Он не стал говорить о своей находке, поскольку не был уверен, что глаза и воображение не подвели его. Позже выяснилось, что он правильно сделал, промолчав. Когда Лиза согласилась раскрыть свой творческий замысел, оказалось, что в тарелку майора положили "стилизованную погоню человека за материальными благами".
   "Ох, уж эти дизайнеры, - не без иронии подумал Клотов. - Хорошо, хоть, вкус у этого "Костра" приличный".
   Торт понравился всем, поэтому никто даже не притронулся к коробке шоколадных конфет. Только Коля попытался стянуть конфету, но заслужил очередной окрик.
   - Ему нельзя, - объяснила Клотову Светлана, чтобы гость не подумал, что они терроризируют мальчугана. - У него аллергия на шоколад. Как поест, покрывается красными пятнами.
   - А как же торт? - спросил майор.
   - В нем нет шоколада, - объяснила Лиза.
  
   Когда все вышли из-за стола, на улице уже стемнело. Клотов поблагодарил хозяев за ужин и сказал, что рано ляжет спать. В своей обычной жизни он привык бодрствовать как минимум до полуночи, но, поскольку с родственниками Колосова, да и с самим Олегом Петровичем он был едва знаком, уже через пол часа майор ушел в свою комнату. Там он долго лежал на кровати с выключенным светом и курил. Когда концентрация дыма в комнате стала почти не выносимой, майор встал и открыл пошире окно.
   Фонарь над входной дверью освещал двор, еще одна полоска света проливалась из окна соседней комнаты, в которой были слышны неразборчивые голоса Лизы и Валеры. Другая полоса света падала во двор из окна пристройки, в которой находился охранник. Клотов увидел, как тот, сидя на стуле, читает газету. На улице было необыкновенно тихо. Только случайные порывы ветра нарушали тишину шуршанием листвы. С трудом верилось, что в четырех километрах от этого спокойного и безлюдного места начинался густонаселенный жилой массив.
   Клотов оперся рукой на подоконник и задумался. Первое знакомство с семьей Колосова оказалось не очень познавательным. Однако, майор заметил во время ужина много интересных мелочей, которые, впрочем, были столь незначительны, что при других обстоятельствах их можно было с чистой совестью проигнорировать.
   Ход мыслей Клотова прервала открывшаяся входная дверь. Из дома вышел человек. Это была Светлана.
   "Наверно, вышла покурить, - предположил майор. - На улице прохладно, а она гуляет в платье с коротким рукавом".
   Клотов хотел вернуться к кровати и лечь, но передумал. Что-то в поведении жены Колосова показалось ему странным.
   Светлана отошла в тень, так, что свет от фонаря больше не падал на нее, и оказалась под окном Клотова. Она не закурила, а стала переминать с ноги на ногу, словно кого-то поджидая.
   "Кого она ждет?" - удивился майор.
   Неожиданно где-то заиграла веселая мелодия, Светлана вздрогнула и поднесла к уху руку, в которой, как оказалось, она сжимала небольшой сотовый телефон.
   "Так вот, чего она ждала. Звонка", - догадался Клотов.
   - Я же сказала вам не звонить на домашний телефон! - резко и раздраженно, но при этом как можно тише, произнесла Светлана.
   Клотов замер, понимая, что стал свидетелем какого-то важного и тайного разговора.
   - Мы же виделись днем и обо всем договорились! - продолжала отчитывать собеседника Светлана.- Хорошо. Встретимся завтра. ... Возле входа в "Игнат".... В двенадцать. Все! Больше не звоните!
   Светлана выключила телефон и оглянулась по сторонам. Убедившись, что во дворе никого нет, она покинула свое укрытие и вошла в дом.
   "С кем она собирается встречаться?" - Удивился майор.
   Он еще немного постоял у окна, а потом лег на кровать.
   "Светлана что-то скрывает. Это не мог быть разговор с любовником, раз она называла собеседника на Вы. Скорее всего, ей звонил человек, который должен для нее что-то сделать".
   Клотов посмотрел на наручные часы. На них было десять часов и пять минут.
   "А ни этого ли человека она во время ужина попросила перезвонить в десять часов на сотовый?! - Задумался майор. - Если так, то звонивший, которого Светлана так грубо отсекла, хотел поговорить не с Олегом Петровичем, а с ней! Неужели она всех обманула, чтобы поговорить с неизвестным без свидетелей?!"
   Немного подумав, Клотов выдвинул еще несколько предположений, которые могли объяснить секрет подслушанного разговора.
   "Надо выяснить, с кем хочет встретиться Светлана. "Игнат" - это торговый центр на Комсомольской. Судя по всему, встреча произойдет именно там".
   Клотов разделся, снова лег на кровать, и еще около часа думал, пока не уснул.
  
  
  
   Глава 5.
  
  
   Проснулся Клотов рано. Он быстро оделся и спустился на первый этаж в столовую, где застал Олега Колосова, доедающего завтрак. На календаре была суббота, но у бизнесмена она считалась рабочим днем. Олег Петрович объяснил майору, как сделать кофе и бутерброды, и поинтересовался его планами на день.
   - Если не возражаешь, я побуду у тебя дома. Хочу познакомиться с Владом.
   - Если я тебе понадоблюсь, звони мне на сотовый. Да, кстати, у тебя нет моей визитки, - Олег Петрович выудил из кармана пиджака визитную карточку и протянул ее Клотову.
   Когда Колосов уехал, майор умылся, позавтракал бутербродами и почистил зубы.
   В столовую один за другим стали спускаться члены семьи Колосовых. Клотов уже знал, что в гостиной на втором этаже семья собирается по праздникам или, когда в доме бывают гости, во всех остальных случаях, завтракали, обедали и ужинали в большой столовой на первом этаже, которая была объединена с кухней. Сразу за Клотовым выпил чашку кофе Валера. Потом за столом посидели Светлана и Григорий. Последней позавтракала Лиза. Коля, видимо, собрался спать до обеда, поскольку учился пять дней в неделю, и в субботу в школу не ходил.
   В девять часов на работу пришла Галя. Она подала майору многозначительный знак глазами, показывая, что произошло что-то очень важное. Пришлось ждать удобного случая, чтобы поговорить без свидетелей. И случай вскоре представился. Вначале уехал Валера, у которого суббота, как и у Олега Петровича, выдалась рабочей. Затем за воротами дома, громыхнув железом, остановилась грузовая машина. Грузовик привез навес, который должны были установить на площадке за забором. Лиза давно увлеклась дизайном двора, который в значительной мере был изменен в соответствии с ее проектами. Теперь воображение девушки выбралось за границы забора. Девушка решила благоустроить площадку, на которой гуляли с маленьким Алексеем, - окружить ее оградкой и воздвигнуть над ней декоративный навес.
   Лиза и Григорий ушли руководить разгрузкой навеса. Чуть позже Светлана тоже отлучилась во двор.
   Как только в доме не осталось никого, кроме Коли, который до тех пор так и не высунул носа из своей комнаты, расположенной на первом этаже, Галя оставила спящего младенца в детской и быстрым шагом вбежала в гостиную, где ее ждал Клотов. Лицо девушки горело от возбуждения.
   - Новое письмо! - сообщила она на ходу.
   Майор встал с кресла. Галя достала из кармана сложенный вчетверо листок и протянула его Клотову.
   Майор в отличие от девушки был совершенно спокоен. Он взял листок и около минуты внимательно его рассматривал, а потом спросил:
   - Где ты его нашла?
   - В кармане своего плаща в гардеробе. Я вчера специально оставила плащ на вешалке, чтобы спровоцировать автора писем на новый шаг. Так и получилось. Он снова угрожает.
   В послании было написано три слова:
   "ЭТО ПОСЛЕДНЕЕ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ".
   - В кармане больше ничего не было?
   - Нет. Только это письмо.
   Клотов улыбнулся.
   - Не вижу ничего смешного, - обиделась Галя.
   - Посмотри на эту записку, - предложил майор, все еще улыбаясь. - Она написана тем же человекам, который послал два предыдущих письма. Это - несомненно. Тот же характерный почерк, как будто автор пытался изменить манеру письма. Буквы печатные и обособленные, словно кто-то корпел над каждой буквой, меняя или наклон, или нажим, или привычные очертания букв, а может быть - все вместе. Линии неровные, словно написаны левой рукой или неудобной ручкой, специально, чтобы исказить почерк.
   - Да. Все - как в прошлые два раза - согласилась Галя.
   - Потом посмотри на бумагу. Удивительно, но на сгибах - знакомая грязь, словно у того, кто писал, были чем-то испачканы руки.
   - Точно.
   - Что это значит?
   - Ничего. Все это мы знали и раньше.
   - Совершенно верно. Но теперь мы можем проверить свои догадки.
   - Андрей, объясни по-человечески. Я пока что ничего не понимаю, - попросила Галя.
   - Знаешь, что я думаю про этот почерк? - спросил Клотов.
   - Что?
   - Это - почерк ребенка.
   - Не понимаю, - на лице Гали отразилось искреннее изумление. - Какого ребенка?!
   - В этом доме есть только один ребенок, который уже умеет писать. Коля, - спокойно объяснил майор.
   -Коля?! Но ведь это - абсурд!
   Клотов остался невозмутим.
   - Еще раз посмотри на этот почерк, - предложил он. - Создается впечатление, что кто-то специально искажал почерк. Возможно, так оно и было, но лишь отчасти. На самом деле, кто-то тщательно выводил каждую букву, но, на мой взгляд, только потому, что еще толком не научился писать. Поэтому буквы печатные. Поэтому сразу бросается в глаза, что почерк не беглый, не доведенный до автоматизма, как у взрослых. Именно поэтому в первой записке есть грамматическая ошибка, и во всех пропущены запятые или тире. К тому же, грязные руки - это характерная особенность большинства детей, особенно мальчишек.
   Майор видел, что не убедил Галю.
   - Зачем Коле писать такие письма? - спросила она.
   - Его возрасту свойственны подобные шутки, - заметил Клотов и рассказал случай из своей собственной жизни. - Когда мне было двенадцать, отец наказал меня за двойку по поведению. Я был на него так рассержен, что решил отомстить. Друг дал мне несколько полезных советов. Я, последовал одному из них, - взял листок бумаги, написал на нем: "Увидимся в пять. Целую. Рая", и положил записку в карман отцовского пиджака. ... Потом отец неделю жил у своей мамы. Из-за этого я пропустил цирк, а, когда стало ясно, что поездка на рыбалку с отцом тоже накрывается медным тазом, я во всем сознался матери.... Тогда я понял, что отец никогда не наказывал меня по настоящему....
   Майор улыбнулся, вспомнив о своей детской шалости.
   - Что касается нашего случая. Мне кажется, что Коля - типичный шалопай. Он мог придумать такую шутку из любви к пакостям или из-за избытка фантазии. А, может быть, он тебя почему-то невзлюбил, и хотел таким образом напугать и избавиться от тебя.
   Галя недоверчиво покачала головой.
   - Ты хочешь сказать, что меня напугал тринадцатилетний мальчишка?! И именно из-за его розыгрыша я попросила тебя приехать сюда и разобраться с моими проблемами?!
   - Да. Хотя я пока не берусь утверждать, что Коля не имеет отношение к смерти Валентины Яковлевны и к нападению на Нину Леонидовну. Но, если здраво рассуждать, едва ли кто-то стал бы брать мальчика в сообщники преступления. Разве что, мог использовать его косвенно.
   - Нет. Я не верю.
   - Мы скоро сможем это проверить.
   - Как?
   - Ты сказала, что не нашла в кармане плаща ничего, кроме этой записки. Правильно?
   - Да.
   - Я и раньше подозревал, что письма с угрозами - это Колины проделки. Поэтому вчера вечером во время ужина я взял со стола несколько шоколадных конфет. Потом я спустился в холл и положил конфеты в карман твоего плаща. Я подумал, что если Коля подкинет новое письмо, он не устоит перед соблазном и возьмет конфеты. А, учитывая, что у него аллергия на шоколад, он разоблачит себя сам - покроется сыпью, или станет чесаться. В любом случае, аллергия обязательно даст о себе знать.
   Клотов усмехнулся, показывая крайнее удовлетворение своей хитростью.
   Галя не нашла, что сказать.
   - Скоро мы узнаем, прав ли я, - добавил майор.
   Девушка задумалась. Она почти целую минуту молчала и забавно хмурила подкрашенные брови. Слишком темные брови и чрезмерная серьезность одинаково плохо шли к ее светлому усеянному веснушками лицу.
   - И что потом? Ты уедешь? - Наконец, спросила Галя.
   Пришла очередь майора задуматься. Честно говоря, он не видел смысла продолжать начатую игру. Однако....
   - Я уже говорил, что двух дней недостаточно, чтобы разобраться с тем, что произошло в этом доме за пол года. Я бы на это даже не рассчитывал. Но, раз я сюда приехал, то я хочу хотя бы узнать продолжение странного разговора, который вчера случайно подслушал.
   - Какого разговора?
   - Сегодня Светлана тайно с кем-то встречается. Я хочу за ней проследить.
   - У Светланы есть любовник?!
   Галя, как водится у женщин, первым делом подумала об амурных делах.
   - Эта встреча, скорее всего, имеет деловой характер. И это мне кажется особенно странным. Если речь - не о любви, то какие секреты могут быть у домохозяйки?
   Клотов спросил, не рассчитывая получить ответ. Он надеялся, что вопрос разрешится сам собой в ближайшее время.
   Девушка открыла рот для того, чтобы высказать свое предположение, но неожиданно вспомнила о чем-то более важном.
   - Приблизительно неделю назад днем Светлане звонил какой-то мужчина, - сообщила Галя. - Я взяла трубку в гостиной, а потом позвала к телефону Светлану. Не знаю, о чем они говорили, но Светлана после этого разговора несколько часов была чем-то очень взволнована. Потом я поняла, что она ждала своего брата. Когда он приехал, они почти целый час о чем-то перешептывались, а потом вместе уехали. Может быть, это как-то связано с сегодняшней встречей?
   - Не исключено. Но тогда это дело должно касаться не только Светланы, но и ее брата.
   - Может оказаться, что Григорий не случайно гостил у сестры, когда погибла Валентина Яковлевна, - заметила девушка, - и, когда напали на Нину Леонидовну.
   - С тех пор больше не было странных звонков?
   - Кажется, нет. Но Григорий со Светланой стали вести себя немного подозрительно. Они несколько раз разговаривали с глазу на глаз, уезжали куда-то вдвоем.
   - Светлане могли звонить на ее сотовый, - задумчиво произнес Клотов. - Кстати, ты встретилась с Ниной Леонидовной, как я просил?
   -Да. Я напросилась к ней в гости вчера поздно вечером.
   - И что?
   Галя прислушалась. Ей показалось, что в соседней комнате проснулся малыш. Но тревога была ложной.
   - Нина Леонидовна напоила меня чаем и настойчиво советовала бросить работу. Она убеждена, что в доме Колосова происходит что-то скверное. По поводу нападения на себя она почти ничего нового не сказала. Нина Леонидовна уверена, что напал на нее мужчина. Когда ей зажали тряпкой рот, она попыталась высвободиться и отнять руку напавшего от своего лица. Другой рукой он держал ее за шею. Она уверена, что ее держали сильные мужские руки. При этом Нина Леонидовна нащупала кольцо на руке, которая сжала ей рот.... Я уже обратила внимание на всех интересующих нас мужчин. Все они носят обручальные кольца.
   - И охранник Влад?
   - Все: Олег Петрович, Валера, Григорий и Влад.
   - Это всё?
   - Да. Кажется, больше ничего важного она не сказала.
   В холе на первом этаже послышались шаги и голоса.
   Разговор пришлось прервать. Галя быстро ретировалась в детскую, а майор решил спуститься во двор. В холле он увидел Лизу и Григория, которые о чем-то спорили. Григорий пытался навязать Лизе несколько рекомендаций по поводу того, как можно улучшить дизайн навеса, который завтра должны были начать монтировать возле дома. Лиза вежливо слушала и тактично возражала, но на ее лице было написано, что она не собирается менять свои планы.
   Клотов сделал вид, что его заинтересовали предложения Григория. На самом деле он увидел Светлану, которая стучала в дверь комнаты Николая. Поэтому майор задержался возле Лизы и Григория. Лиза воспользовалась этим, извинилась и пошла наверх, а Григорий усердно стал навязывать Клотову свои представления о чугунном литье. Через несколько минут его увлеченный монолог прервали громкие возгласы Светланы. Она вышла из комнаты Коли и, негодуя, выпалила:
   - Представляете, этот сорванец где-то раздобыл шоколад! Мне скоро придется закрывать шоколад на ключ! Я и так прячу его на верхнюю полку кухонного шкафа! Как он мог туда добраться?! Теперь он весь красный как рак! Что прикажете делать?! Неизвестно, сколько он съел шоколада. Может быть, нужно вызвать скорую?!
   - Надо дать ему тавегил, - посоветовал эрудированный Григорий. - А еще можно воспользоваться народным средством, - привязать на запястье чеснок.
   - Кажется, это помогает от насморка, - заметил майор.
   - И от аллергии тоже, - не согласился Григорий.
   Григорий и Клотов подошли к Светлане, в замешательстве стоящей в дверях, и заглянули в комнату.
   На не заправленной кровати сидел Коля и понуро смотрел в пол. Поскольку мальчик был в трусах и майке, хорошо была видна красная сыпь, покрывающая его тело. Ноги и руки сладкоежки были расчесаны, и в этих местах кожа была розовой как у поросенка из детской книжки.
   Брат Светланы зашел в комнату и сел на кровать рядом с Колей. Майор воспользовался случаем и последовал за ним. Если Григорий в этот момент играл роль доктора, то Клотов мог сойти за его ассистента.
   Григорий с умным видом посмотрел на мальчугана и осторожно потрогал пальцем его плечо. Наверно, он не знал, заразна ли аллергия.
   - Так сколько ты съел шоколада? - спросил он.
   Коля надулся и отвернулся, не желая отвечать.
   - Разговаривать не хочешь? - с пониманием произнес брат Светланы. - Обиделся? Зря. Ты сам виноват. Ведь знал, что тебе нельзя есть шоколад. Где ты его стянул?
   Мальчишка упрямо молчал.
   - Если ты не скажешь, сколько съел шоколада, мы не будем знать, как тебя лечить, - уговаривал Колю Григорий.
   Но мальчик отвечал ему враждебными взглядами.
   Пока Григорий определялся со способом лечения, Клотов незаметно осмотрел комнату. Больше всего его интересовал стол, за которым Коля делал уроки. На столе среди разного хлама, учебников и тетрадей майор увидел половину листа бумаги, и короткие ножницы, которыми, судя по неровной линии обреза, лист писчей бумаги был разделен на две равные части. Другая половинка листа лежала в кармане брюк Клотова, - именно туда майор спрятал послание с угрозой. Еще в гостиной, рассматривая записку, Клотов обратил внимание на то, что она написана на половинке листа, отрезанного короткими ножницами.
   Майор некоторое время стоял посреди комнаты, всем своим видом символизируя то, что взрослые сочувствуют пострадавшему, после чего, словно осознав свою бесполезность, тихо и незаметно удалился из комнаты, предоставив брату с сестрой самим решать, как лечить мальчугана.
   " С Колей пока все ясно," - подумал майор, выходя во двор.
   Калитка возле ворот была открыта, и Клотов направился туда, чтобы посмотреть на металлоконструкции, сваленные за забором.
   Выйдя за ворота, майор оказался в двух шагах от охранника, который курил, рассматривая разобранный на части навес.
   Клотов догадался, что пред ним - Влад.
   Охранник имел спортивное телосложение и высокий рост. На вид ему можно было дать тридцать лет. Черты его лица были правильными и мужественными. Голубые глаза излучали спокойствие и самообладание, а плотно сжатые и пренебрежительно изогнутые губы накладывали на лицо отпечаток высокомерия.
   Влад бросил быстрый взгляд на Клотова и снова вернулся к разглядыванию навеса, изредка поднося ко рту сигарету.
   "Такому крепышу не составило бы труда справиться со старухой," - подумал майор.
   Представился подходящий случай, чтобы познакомиться с охранником, но Клотов пока не знал, с чего начать. Поэтому он тоже достал из кармана пачку сигарет и закурил.
   Влад, кажется, не горел желанием разговаривать.
   - Надо было занести это во двор, - заметил майор, указывая сигаретой на металлоконструкции. - Бродяги могут растащить.
   Влад равнодушно посмотрел на Клотова и нехотя ответил:
   - Я буду за железками приглядывать.
   - А ночью? - повторил попытку завязать разговор майор.
   - Оттуда видать, - объяснил Влад, имея в виду пристройку для охраны. - Бродяг не интересует черный металлолом. К тому же - недалеко кладбище, а там полно такого добра.
   -А-а, - протянул Клотов, не зная, что еще сказать.
   На его счастье, Влад сам разговорился.
   - Завтра эти штуки сварят, и тогда ничего нельзя будет украсть, - заметил он.
   - А что здесь будет?
   - Навес. Что-то вроде большой беседки. Но и он, наверно, не долго здесь простоит.
   - Почему? - полюбопытствовал майор.
   - Лиза любит все переделывать. Благо, папа оплачивает ее проекты, - излишне откровенно заметил охранник и косо посмотрел на Клотова. Он не знал, как отнесется к его иронии гость.
   Майор одобрительно усмехнулся.
   - В начале весны здесь стояла обычная деревянная лавка, - объяснил Влад. - Лиза решила заменить ее на навороченную скамейку с львиными лапами. Она сама ее придумала и нарисовала. Говорят, что эта скамейка обошлась Олегу Петровичу в тысячу долларов. Скамейка была, действительно, удобной - со спинкой и подлокотниками, но простояла она здесь недолго. В середине лета ее отнесли во внутренний двор. Можете сходить посмотреть. Убрали ее, потому что у Лизы возникла новая идея. Тогда здесь появилась эта скамейка с навесом.
   Охранник кивнул головой на скамью, подлокотники которой, изгибаясь, плавно переходили в навес.
   - Площадку выложили брусчаткой, а по краю сделали клумбы, - неспешно рассказывал Влад. - Ну а теперь у Лизы родилась новая идея. Скоро площадку обнесут оградкой, а сверху сделают большой навес. Возможно, получится неплохо.
   - Но тоже обойдется в копеечку, - заметил майор.
   - Это точно. Хотя меня сейчас больше беспокоят эти штыри, - признался Влад.
   Он подошел к разложенным на площадке металлическим конструкциям и потрогал пальцем заточенный прут, устремленный острием вверх.
   Таких пик из разобранного навеса торчало несколько десятков.
   - Когда навес соберут, эти острые пики окажутся на краю крыши, - объяснил охранник. - А пока навес - на земле, надо быть внимательным и держаться подальше от штырей, чтобы не превратиться в канапе, - этакий смешной матерящийся бутерброд на гигантской зубочистке.
   - А нельзя их положить на бок? - предложил Клотов.
   - Нет. Не получится.
   Влад выбросил окурок на дорогу.
   - На этом месте уже довольно было неприятностей, - заметил он.
   - Каких неприятностей?
   - Старухе одной, несмотря на навес, голову напекло, - усмехнулся Влад. - Она работала нянькой у Алексея, младшего сына Олега Петровича. Сидела здесь как-то раз. Вот на этой самой скамейке. А потом прибежала ко мне, словно ошпаренная, и заявила, что на нее кто-то напал. И не просто напал, а даже усыпил, насильник, какой-то гадостью. У меня после этого случая были неприятности, - кое-кто решил, что это я старуху терроризировал.
   - А вы ничего не видели? - пряча интерес, спросил Клотов.
   - Конечно, нет. Бабка перегрелась на солнце, а, может быть, заснула и увидела во сне эту ерунду.
   Влад направился к воротам.
   - Пойду, - сказал он. - А вы, когда зайдете, закройте на задвижку калитку. Хорошо?!
   - Обязательно.
  
   Глава 6.
  
  
   Поговорив с охранником, Клотов вернулся в дом. В гостиной он стал свидетелем истязания, которому подвергли любителя шоколада.
   Коля сидел за столом. Его лицо со следами высохших слез было покрыто большими красными пятнами. Перед ним стоял большой стакан кипяченного молока с медом. Мальчик с отвращением отхлебывал из стакана.
   - Меня сейчас вырвет, - жаловался Коля.
   Сидящий рядом Григорий подбадривал его:
   - Пей. Молоко и мед выводят токсины.
   Мальчик с нечеловеческими муками брался за стакан и обиженно хныкал:
   - Не лезет. Я молоко ненавижу.
   Клотов подошел к Светлане, которая стояла поодаль и хладнокровно наблюдала за пыткой.
   - Думаете, поможет? - тихо спросил ее майор.
   Жена Колосова хмуро посмотрела на гостя.
   - Вряд ли. Но, может быть, это отучит его есть шоколад.
   - Тоже, верно, - согласился майор и брезгливо скривился, когда Коля на его глазах засунул в рот склизкую наваристую пенку.
   Клотов тоже ненавидел кипяченное молоко.
   Коля истошно закашлял, пытаясь избавиться от молочной пенки, прилипшей к гортани. Майор отвернулся, чувствуя, как комок отвращения зародился у него в горле.
   - Мне надо в город. Вы не знаете, кто-нибудь поедет туда в ближайшее время? - поинтересовался он.
   - А вам куда? - спросила Светлана.
   - На Столетие.
   - Можете поехать со мной. Я собираюсь пройтись по магазинам. Столетие - как раз по дороге, - предложила Колосова.
   - А когда вы выезжаете?
   - Через час.
   "Хочет успеть на встречу в двенадцать," - прикинул в уме майор и поблагодарил Светлану за обещанную услугу.
  
   Через час охранник выгнал из гаража бардовый Рав 4. Клотов оперативно собрался и спустился во двор. Скоро из дома вышла Светлана. Жена Колосова надела на тайное свидание бледно-оранжевый трикотажный костюм с юбкой, не закрывающей колени, и под цвет одежде - солнцезащитные очки, сумочку, шейный платок и туфли. Выглядела она очень привлекательно и вместе с тем достаточно строго. Клотов и Светлана сели в машину и выехали со двора. Через пять минут пестрый осенний лес остался позади, и джип выскочил на оживленное многополосное шоссе.
   Проведя неполные сутки на богом забытой улице Полетаева, майор отвык от шума цивилизации, и понемногу стал сомневаться в близости суетного города. Между тем похожий на растревоженный муравейник город всегда был рядом, и через каких-то пять километров машина оказалась в черте многоэтажного Владивостока.
   За время непродолжительной поездки майор и Светлана обменялись лишь несколькими малозначащими фразами о погоде. Клотов поинтересовался, всегда ли в конце сентября в крае стоит такая теплая погода. Колосова ответила, что такой благодатный сентябрь выпадает редко.
   От майора не укрылось то, что Светлану в это утро интересовало нечто совсем другое, нежели сюрпризы погоды. Он был абсолютно уверен, что мысли Колосовой заняты предстоящей встречей.
   На проспекте Столетия Светлана высадила майора недалеко от автобусной остановки и пожелала ему не заблудиться. Клотов поблагодарил ее за помощь, и посетовал на то, что плохо знает город. Он пообещал быстро управиться с делами и сразу вернуться, чтобы никто лишний раз за него не волновался.
   Когда бардовый джип скрылся из виду, майор вернулся к дороге и проголосовал. Желающий подработать нашелся сразу. Клотов сел на заднее сиденье изрядно подержанного японского автомобиля и скомандовал:
   - На Комсомольскую.
   Водитель торопился, но так и не смог догнать бардовый Рав 4. Майор не переживал из-за того, что не удалось "сесть на хвост" жене Колосовой. Он рассчитывал найти ее в месте, упомянутом в телефонном разговоре. Куда более важной задачей было не попасться ей на глаза.
   По просьбе майора, водитель подъехал не к главному, а к угловому входу в торговый центр "Игнат". Майор быстро расплатился, вылез из машины и вошел в здание. Он двигался уверенно, но с оглядкой, стараясь избежать случайной встречи со Светланой.
   Пройдя через продуктовые отделы, Клотов оказался в большом холле, где вероятность нежелательной встречи с Колосовой была наиболее максимальна. В субботу людей в торговом центре было больше обычного, и майор старался заблаговременно рассмотреть каждого. Женщины в оранжевом трикотажном костюме среди посетителей не было. Майор поднялся на эскалаторе на четвертый этаж, крепясь в уверенности, что Светлана, согласно договоренности, ждет своего таинственного незнакомца где-то снаружи. На верхних этажах было менее людно. Потенциальные клиенты торгового центра со скучающими лицами прохаживались по дорогим бутикам. За ними присматривала многочисленная охрана. Наверно, майор должен был вызывать у них подозрение своей незаинтересованностью в покупках.
   Клотов подошел к стеклянной стене здания, которая позволяла сверху наблюдать за главным входом. Вряд ли кто-то, находящийся на улице, мог заметить майора, поскольку для этого пришлось бы задрать голову и вглядеться в тонированные окна.
   Майор осмотрел машины, припаркованные возле торгового центра, и быстро нашел пятидверный бардовый Рав Светланы. Двери машины были закрыты. Светлана могла находиться внутри джипа или где-то рядом. Клотов стал разглядывать людей внизу, но нигде не увидел знакомой белокурой головы с длинной стрижкой.
   На часах было без шести минут двенадцать. Клотов стал ждать, изредка оглядываясь на эскалатор.
   Вскоре возле Рава остановился белый "дутый" Краун. Из него вышли два коротко остриженных мужчины в кожаных куртках. Обоим было немногим за тридцать. Майор присмотрелся и разглядел на машине иногородние хабаровские номера.
   После появления незнакомцев, открылась водительская дверь бардового джипа. Светлана вышла из своей машины и тоже оказалась в поле зрения Клотова. Все трое отошли на тротуар и стали о чем-то разговаривать.
   Майору показалось, что Светлана отчитывает мужчин. По крайней мере, она говорила резко, делая рубящие жесты рукой. Незнакомцы посматривали на нее равнодушно, словно ее слова их мало касались. Неожиданно к компании присоединился четвертый человек. Клотов присвистнул от неожиданности. Новым человеком был Григорий --> [Author:MSOffice] .
   Брат Колосовой уехал из дома Колосова на пол часа раньше майора и Светланы. Клотов видел отъезжающую машину из окна своей комнаты.
   "Так вот куда он направлялся, - смекнул майор. - Но почему он не поехал с нами?! Наверно, помимо этой встречи у брата и сестры есть собственные дела. Надеюсь, он не следил за мной. Хотя, слежка - это, пожалуй, вряд ли. Я не должен был вызвать у них подозрения. Он мог, разве что, случайно увидеть меня в торговом центре".
   Григорий подошел к кампании и встал рядом со Светланой. Было очевидно, что его появление запланировано и никого не удивило. Разговор продолжался. Как и прежде, говорила в основном Светлана. Изредка вставляли короткие фразы незнакомцы, а Григорий вовсе молчал.
   Через пятнадцать минут Светлана открыла сумочку и передала одному из незнакомцев небольшой газетный сверток. Размер и форма свертка наталкивали на мысль, что в нем - деньги.
   После этого странная кампания распалась. Незнакомцы сели в свою машину. Светлана и Григорий обменялись парой слов и тоже разошлись. Григорий прошагал пол сотни метров по тротуару и сел в свою старую белую иномарку. Через минуту никого из заговорщиков возле торгового центра уже не было.
   Клотов некоторое время оставался на своем наблюдательном посту, ища объяснение тому, что увидел. Предположения возникали разные, но стройной версии среди них не было. Майор решил подумать на ходу, спустился на эскалаторе на первый этаж и вышел на улицу. Он никуда не спешил, понимая, что ему не следует очень рано возвращаться в дом Колосовых. Чтобы убить время, Клотов прогулялся по Океанскому проспекту до Покровского парка. Идти пришлось в гору, но поскольку майор совсем не торопился, то совсем не устал. Добравшись до парка, он купил банку пива и пол часа сидел на скамейке, разглядывая молодых мамаш и их неугомонных детей.
   Выпив пиво, Клотов посмотрел на часы, выбросил пустую банку в урну и вышел к дороге. Третья остановившаяся машина согласилась отвести его в пригород за сто тридцать рублей.
   Седой пенсионер вел автомобиль аккуратно и медленно, поэтому майор комфортно развалился на заднем сиденье и вернулся мысленно к встрече Светланы и ее брата с неизвестными.
   "Очевидно, что Олег Колосов не знает об этой встрече. Жена скрывает от него что-то важное, и не исключено, что Колосову или его детям угрожает какая-то опасность. Но, что замышляют Светлана и Григорий?"
   Этот вопрос не давал Клотову покоя, и ответ на него пока только брезжил вдали.
   На остановке "Перевал" водитель по просьбе майора свернул к автозаправочной станции, затем за кладбищем - в лес. Пожилой мужчина стал нервничать, видимо опасаясь, что пассажир откажется платить или, что еще хуже, окажется грабителем. Возле дома Колосова водитель с облегчением остановил машину, взял обещанные деньги и поехал обратно.
   Было время обеденной прогулки, поэтому майор увидел на площадке перед домом Галю и синюю детскую коляску. Няня сидела на скамейке и читала книжку, а малыш спал. Клотов посмотрел на пост охраны, и увидел Влада, сидящего возле окна на втором этаже. Охранник, согласно распоряжениям, присматривал за няней и младенцем, пока те гуляли.
   Майор достал из кармана пачку сигарет и закурил.
   "Пусть Влад думает, что я не хочу курить во дворе дома," - решил Клотов. На самом деле он хотел поговорить с Галей вдали от посторонних ушей.
   Майор немного постоял перед воротами, рассматривая разобранный на части навес. Затем медленно, будто от нечего делать, подошел к скамейке. Галя давно заметила его, но тоже не подала вида, что они близко знакомы.
   Клотов негромко заговорил, так, как обычно обращаются к скучающим женщинам общительные мужчины.
   Он предупредил Галю, что за ними может наблюдать охранник, и рассказал ей о встрече Светланы и Григория с двумя неизвестными.
   - Светлана недавно приехала, - сообщила ему Галя.
   Потом, немного подумав, она поделилась с майором своим мнением:
   - Наверно, они наняли этих двоих для какого-то дела. В свертке могли быть деньги за работу. Видимо, это дело опасное и не совсем законное, раз исполнителей вызвали из Хабаровска. Григорий, наверняка, использовал свои связи, ведь он там живет. Наверно, у Светланы и этих двоих мужчин была договоренность держать связь через телефон Светланы в течение дня, когда Олег Колосов - на работе. Вчера по какой-то причине они позвонили вечером, поэтому Светлана разозлилась. Возможно, они поменяли свои планы, например, перенесли на более ранний срок то, что запланировали.
   Клотов внимательно выслушал Галю и признал, что ее версия согласуется с фактами.
   - Что, по-твоему, они замышляют? - спросил он.
   - Не знаю. Но до сих пор все неприятности в этом доме сваливались на нянь.
   - Тебе нужно быть осторожней. Может быть, следует рассказать об этой встрече Колосову?
   - И расстроить планы Светланы и ее братца?! Тогда мы можем никогда не узнать, что здесь затевается. Уж лучше пусть все случится скорей, пока ты здесь.
   Докурив сигарету, Клотов вошел во двор.
   Посреди двора стояли бардовый джип Светланы и коричневая Тойота Валеры. Видимо, зять Колосова уже вернулся с работы, а, может быть, приехал на обед.
   Майор вошел в дом. На первом этаже он увидел несчастного Колю, лицо и руки которого до сих пор были покрыты пятнами, но уже не ярко-малинового, а нежно-розового цвета. Мальчик ходил по холлу и бубнил под нос стихотворение. Он периодически заглядывал в учебник, который держал в руках, но почему-то не продвигался дальше первой строки с непонятным ему словом "ядреный":
   - Славная осень! Здоровый, ядреный... воздух усталые силы бодрит.... Славная осень! Здоровый, ядреный...
   Клотов мысленно посочувствовал пацану, и поднялся на второй этаж. В гостиной никого не было. Майор вошел в свою комнату и лег на кровать. Его занимал вопрос, имело ли смысл его дальнейшее пребывание в доме Колосова, или же после того, как выяснилось, что Гале не угрожает реальная опасность, можно было с чистой совестью вернуться к своим собственным делам.
   Конечно, были факты, свидетельствующие о том, что в доме Колосова плетутся какие-то интриги. Но, насколько они были опасны, и мог ли Клотов повлиять на их развитие? Вопрос. Маловероятна была и перспектива быстро разобраться с тем, что случилось в доме за минувшие пол года.
   Клотов размышлял, но вдруг обратил внимание на шум за стеной. Это были голоса Лизы и Валеры. Судя по высоким нотам, молодые супруги ссорились. Майор прислушался, но ничего не смог разобрать. Он встал и приблизился к стене. Вспомнив, что в комнату могут заглянуть нежелательные люди, Клотов подошел к двери, и запер ее. Потом он вернулся к стене и приложил к ней ухо. Голоса стали более разборчивыми, но звучали как из недр земли и искажались эхом.
   -...Сколько можно тебе повторять, что ничего не было! - убеждала Лиза.
   - Не надо мне врать! Я же вижу! - выговаривал ей Валера.
   - Я тебя не обманываю!
   -Ага.
   - Я не виновата, что ты ревнуешь к первому встречному!
   - Я - не слепой. Я вижу, как он на тебя смотрит!
   - Ну и что?!
   - Так не смотрят просто на женщин!
   - На меня многие так смотрят.
   - Не доводи меня! Я мирный, но если меня довести, то всем будет плохо!
   - Не смеши!
   - Ты хочешь проверить?
   - Ну и что ты сделаешь? Набьешь ему морду?!
   - Если, окажется, что я прав, то я его... убью. А с тобой,... с тобой я поступлю иначе.
   - Ну, насмешил, - Лиза засмеялась. - Я тебя знаю, как облупленного. Даже, если бы у меня с ним что-то было, ты бы ничего не сделал. Потому что у тебя кишка тонка. Ты уже это несколько раз доказал.
   - Ты меня плохо знаешь.
   На этом ссора исчерпала себя. Голоса стали тише, а нападки уже не были такими острыми.
   Через десять минут обиженный супруг спустился во двор и уехал.
   Вечером Клотову сказали, что Валеру послали в командировку в другой город.
  
  
   Глава 7.
  
   Очередной ужин в доме Колосовых прошел менее официально. Еда была по-прежнему вкусной, приготовленной в каком-то кафе и разогретой в микроволновке. Однако на этот раз за столом было тихо. Григорий молчал, и без его болтовни общение получилось натянутым и немного скучным. Светлана не поддерживала разговор и думала о чем-то своем. К тому же малыш в этот вечер много капризничал и заставлял мать то и дело уходить в детскую. Олег Петрович казался вымотанным длинной рабочей неделей. Коля был обижен на судьбу, которая лишила его удовольствия без последствий объедаться шоколадом.
   Разговор пыталась поддержать только Лиза. Клотов, понятное дело, предпочитал молчать, чтобы не напроситься на вопросы о себе или своей работе, которые могли превратить приятный ужин в ответственный экзамен.
   Видя, что разговор не получается, Лиза стала рассказывать забавные истории из своей студенческой жизни. Это немного сняло напряжение за столом и скрасило ужин.
   Но все равно долгого застолья не получилось, и все рано разошлись по комнатам.
   Майор прихватил с собой большую кружку остывшего чая с лимоном. Он больше не страдал от недостатка общения, потому что ему было чем себя занять.
   Днем Клотов нашел себе в доме Колосова хорошего друга. Доселе почти никем не востребованный телевизор стоял на холодильнике в кухне. Клотов попросил разрешение отнести его себе в комнату. Получив согласие, майор без труда перенес небольшой телевизор к себе на второй этаж и поставил его на столик возле стены.
   Многоканальный пожиратель времени помог майору скоротать часть дня и вечера. Когда Клотову надоедали фильмы и передачи, он думал, и звук телевизора нисколько ему не мешал.
   Обстановка частного дома, тишина, и лес за окном действовали успокаивающе, и Клотов, наперекор своим привычкам, уснул достаточно рано.
   Наверное, поэтому он проснулся посреди ночи.
   В доме было тихо. Вероятно, все уже крепко спали. Майор некоторое время лежал в кровати с закрытыми глазами, но потом решил покурить.
   Он встал и подошел к окну. Отворив шире створку окна, Клотов взял с журнального столика пачку сигарет с зажигалкой, и закурил.
   Ночь была удивительно спокойной, но не звездной. Несмотря на конец сентября, было очень тепло. Ночные температуры опускались только до десяти градусов, а по радио передавали, что температура воды в Амурском заливе до сих пор держалась на отметке восемнадцать градусов.
   Покрытая лесом сопка за забором возвышалась массивной немой стеной. Улица Полетаева лежала в кромешной темноте. Приглушенный свет горел только над входом в дом и в домике охраны. Где-то там должен был находиться Влад, но в желтом окне его не было видно.
   Клотов докурил сигарету и хотел выбросить ее во двор, но вовремя спохватился. Он подошел к журнальному столику и затушил окурок о пепельницу.
   В этот момент Клотов услышал странный звук.
   Майору показалось, что кто-то печально и громко вздохнул. Клотов остановился посреди комнаты и прислушался. Звук не повторился. Вначале майор предположил, что звук зародился в доме, но потом подумал, что вероятнее всего, он залетел в комнату с улицы.
   Клотов подошел к окну и внимательно осмотрел двор. Двор был пуст. На дороге за забором, как будто, тоже никого не было. Хотя отчетливо разглядеть что-либо там было невозможно из-за кромешной темноты. Только небольшой участок дороги возле ворот был скупо освещен окном пристройки для охраны.
   Неожиданно майор заметил то, на что совсем не обратил внимание, когда курил. Калитка, которая всегда ночью запиралась на задвижку, была слегка приоткрыта.
   "Что бы это значило? - удивился Клотов. - Забыли закрыть? Или Влад вышел покурить за ворота?"
   Постояв некоторое время у окна, майор убедился, что никому нет дела до незапертой калитки. Он решил спуститься во двор и исправить чье-то упущение. Это было не очень сложно, тем более, что спать ему в этот момент не хотелось.
   Клотов быстро оделся и вышел в коридор. Закрывая дверь, он посмотрел на наручные часы. Светящиеся стрелки показывали три часа ночи.
   В доме было тихо. Стараясь не шуметь, майор прошел по темному коридору, и спустился по лестнице на первый этаж.
   "Интересно, что подумали бы обо мне хозяева, если бы увидели сейчас, как я крадусь по дому? - подумал он, и сам себе ответил. - Наверняка, ничего хорошего".
   Клотов пересек холл, и подошел к входной двери. Тут его ждала очередная неожиданность. Входная дверь тоже не была заперта на защелку.
   "Наверное, на улицу вышел не охранник, а кто-то из дома, - предположил майор. - У кого-то сегодня бессонница. Но что за странная прихоть выходить ночью из дома, тем более - за ворота?"
   С этими мыслями Клотов вышел во двор. Калитка была все еще открыта. Майор оглянулся. Дом смотрел на него темными квадратами окон.
   "Кто же не спит в три часа ночи?"
   Клотов посмотрел по сторонам и обратил внимание на бледное пятно света, падающее на задний двор. Он на мгновение замешкался, но потом обошел угол дома и оказался на той его стороне, которая была обращена к морю. В двух окнах на втором этаже горел тусклый ночник. Это была комната Светланы и Олега Колосовых. Видимо, кто-то из них до сих пор не мог уснуть, и, может быть, читал книжку, или включил ночник, а сам вышел на свежий воздух.
   Майор постоял одну-две минуты под окнами, потом медленно вернулся к воротам.
   "Если это Олег Петрович вышел на улицу, то что я ему скажу? - спросил себя Клотов и неожиданно вспомнил о встрече Светланы и Григория с незнакомцами. - А что, если это Светлана или Григорий с кем-то встречается? Но тогда об этой встрече узнает охранник, если он, конечно, не спит".
   Эти мысли отвлекли майора, поэтому он даже вздрогнул, когда подошел к воротам.
   Калитка была закрыта, но не заперта на задвижку.
   "Что за черт?! Пока я ходил разглядывать окна, кто-то закрыл калитку? Может быть, Влад заметил свою оплошность и закрыл ее? Или тот, кто выходил на улицу, вернулся в дом? Нет. Влад или член семьи запер бы калитку на задвижку. Наверно, калитку захлопнул ветер".
   Однако, погода была совершенно безветренная.
   Клотов остановился в нерешительности. Он задумчиво посмотрел на пристройку охраны, которая была в десяти шагах от него. В освещенном окне второго этажа был виден только белый потолок и простенькая люстра.
   "Может быть, это - простая случайность, что остались незапертыми входная дверь и калитка? Или кто-то из родственников Колосова или охранник находится сейчас по ту сторону забора? Интересно, как он отреагирует на мое появление?"
   Майор повернулся лицом к дому, словно раздумывая, стоит ли вторгаться в чужие тайны в такое позднее время и в нескольких шагах от леса и кладбища, где хватит места, чтобы похоронить не один десяток любопытных милиционеров.
   "Что за глупые необоснованные страхи?!"
   Клотов решительно взялся за ручку и распахнул калитку.
   "Туго поддалась, - отметил майор. - Маловероятно, что ее мог закрыть ветер".
   На улице было совсем темно. Клотов шагнул в черный прямоугольник, и очутился по ту сторону забора.
   Справа от майора из окна домика охраны на дорогу падало узкое пятно света. Все остальное пространство с этой стороны забора сливалось в сплошную темную массу. С трудом можно было различить изогнутую границу между краем сопки и более светлым небом, нечеткие силуэты деревьев за дорогой. Слева Клотов увидел зыбкие контуры площадки со скамьей посередине.
   Но поблизости не было ничего похожего на притаившихся во мраке людей.
   "Надо обуздать свое воображение. Действительно, кому могло приспичить выходить за ворота в такую кромешную темень?! Влад просто забыл закрыть на ночь калитку, - попытался развеять свои сомнения майор. - Но, почему не заперта входная дверь в дом, и кто прикрыл калитку, пока я ходил на задний двор? "
   Глаза майора стали понемногу привыкать к темноте.
   Он еще немного постоял за воротами, теряясь в догадках, затем вернулся во двор. Закрыв на задвижку калитку, Клотов посмотрел на домик охраны. В окне второго этажа никого не было видно.
   "Если кто-то все-таки остался на улице, он вряд ли сможет вернуться в дом незамеченным. Ему придется выбирать: лезть через высокий забор, воспользоваться звонком или стучать в ворота. Наверняка, он выберет второй или третий вариант. Может быть, предупредить Влада? Он, наверное, спит на посту. В любом случае, ему мой ночной визит покажется странным".
   Клотов решил отложить разговор до утра.
   Пребывая в глубокой задумчивости, он побрел к дому. Потянув за дверную ручку, он столкнулся с очередным неожиданным обстоятельством.
   Входная дверь была заперта.
   "Только этого не хватало, - озадачено подумал майор. - Пока я ходил, кто-то закрыл дверь".
   Он растерянно оглянулся по сторонам.
   "Что мне теперь делать? Стучать и разбудить весь дом? Или сначала узнать у Влада, есть ли у охраны запасной ключ от входной двери?"
   Майор понял, что ему не избежать разговора с охранником. Он развернулся и пошел к воротам. Возле двери пристройки он остановился, чтобы решить, что он скажет Владу.
   В этот момент он снова услышал странный звук. На этот раз это было негромкое постукивание. Прозвучав трижды, стук больше не повторился.
   "Что это?"
   Звук был звонкий, словно стучали карандашом по стеклу. Клотов абсолютно ясно распознал, что стук прозвучал с того самого места, где он недавно стоял.
   Майор с некоторой опаской вернулся к дому. Желая проверить возникшую догадку, он снова потянул дверную ручку. Дверь послушно отворилась.
   Клотову стало не по себе. Он понял, что его ночную прогулку не удалось сохранить в тайне. Кто-то следил за ним, и даже, как будто, играл с ним в игры.
   "Может быть, это Коля опять балуется?"
   Майор осторожно вошел в дом. В холле было темно и тихо. Мысль о том, что где-то поблизости мог притаиться неизвестный, прямо сказать, не успокаивала.
   Клотов напряг все свои чувства и решительно пересек холл, потом быстро поднялся по лестнице на второй этаж. Возле гостиной он остановился и посмотрел на дверь, ведущую в спальню Колосовых. Ни один лучик света не проникал через щели. Или дверь была хорошо подогнана, или там уже выключили ночник.
   Майор прокрался на ощупь по коридору и вошел в свою комнату. Там он первым делом убедился, что в комнате нет посторонних, и лишь потом, на всякий случай, запер дверь, разделся и лег на кровать.
   Почти целый час он лежал на спине и размышлял о странных ночных событиях, время от времени, напряженно вслушиваясь в тишину. Прогулка зародила в нем беспокойство.
   "Что-то нечисто в доме Колосовых", - подумал он, засыпая.
  
  
   Глава 8.
  
   Клотов проснулся оттого, что кто-то настойчиво и громко тарабанил в ворота. Вначале майор не мог понять, где он, и что происходит. Но, через несколько секунд его заспанное сознание просветлело, Клотов вспомнил, что он - в гостях у Колосова, и понял, что кто-то ожесточенно стучит кулаком в ворота.
   "Кто там ломиться? - удивился майор. - Может быть, на самом деле, кто-то ушел ночью из дома, а теперь из-за запертой мною калитки не может вернуться назад?! Но уже утро. Где можно так долго шляться?! И почему он не звонит? Ведь на заборе возле калитки есть звонок. Может быть, он не исправен? Если Влад не поспешит разобраться с гостем, то он разбудит весь дом".
   Клотов протянул руку к столику и взял часы.
   "Восемь часов. Кто приперся в такую рань?!"
   Только начало светать, и за окном всё было по-утреннему серым. Через тридцать минут взошедшее солнце должно было придать миру полную цветность и яркость, но, а пока что ... кто-то упорно стучал кулаком по воротам и даже стал кричать:
   - Открывайте! Сколько можно орать?! Вызовите милицию!
   "Милицию?!"
   Клотов окончательно проснулся. Он подскочил к окну и выглянул во двор.
   Во дворе никого не было. Зеленые ворота сотрясались от чьих-то ударов.
   - Подождите. Сейчас выйдем, - крикнул майор.
   Удары сразу прекратились.
   Клотов быстро оделся и выбежал в коридор.
   "Что-то случилось поблизости, - решил он. - Может быть, у соседей или на улице".
   В коридоре его окликнули.
   - Что там за шум?
   Майор обернулся и увидел Лизу, которая стояла у распахнутой двери своей комнаты. На девушке была розовая шелковая ночная рубашка и такие же штанишки. Лицо у Лизы было заспанное, а волосы - не расчесанные, в глазах читалось беспокойство.
   - Кто-то стучит в ворота. Я сейчас узнаю, что случилось.
   Клотов быстрым шагом пошел к лестнице. Там к нему присоединились Олег Петрович и Григорий.
   Олег Петрович был в халате, а Григорий успел одеться.
   - Что там такое? - спросил Колосов.
   Ни он, ни Григорий не знали даже того немногого, что Клотов, поскольку окна их комнат выходили на другую сторону. Они услышали шум и поспешили выяснить, в чем дело.
   - Кто-то тарабанит в ворота и просит вызвать милицию, - объяснил майор.
   - Влад что ли не мог разобраться? - недовольно заметил Олег Петрович, и мужчины вместе спустились на первый этаж.
   Когда они вышли во двор, Клотова охватила сильнейшая тревога. Он вспомнил странные события, произошедшие ночью.
   "Действительно, почему нигде нет Влада?!"
   Майор отстал и позволил Олегу Петровичу и Григорию вырваться вперед и первыми подойти к калитке.
   Колосов отодвинул задвижку и потянул железную дверь.
   В образовавшемся проходе возникла фигура незнакомого мужчины.
   На вид мужчине было около сорока пяти лет. Он не был похож на человека, который прибежал в поисках телефона, чтобы вызвать милицию. Незнакомец выглядел очень взволнованным, но одет он был аккуратно и без спешки, на его плече висела сумка. Одним словом он был похож на работягу, который шел на работу, но стал свидетелем чего-то важного и ужасающего.
   - Что там у вас стряслось? - грубовато спросил Олег Петрович, не спеша выходить к незнакомцу.
   Мужика удивила такая постановка вопроса.
   - Это не у меня, а у вас стряслось! - распираемый эмоциями воскликнул он.
   - А что такое?!
   - Так вы посмотрите!
   Незнакомец сделал жест рукой, предлагая выйти за ворота.
   Колосов осторожно шагнул вперед, видимо, ожидая какого-то подвоха. За ним охотно последовал Григорий. Клотов вышел последним.
   Через мгновение все трое остановились в замешательстве. Их глазам открылась ужасающая картина.
   - Вот, черт! - прошептал Григорий, выразив общее отношение к увиденному.
   Перед ними была площадка с красивой скамьей посредине. Чуть левее возле забора были разложены на площадке металлические части разобранного навеса. Некоторые конструкции ощетинились кверху острыми прутьями.
   В десяти шагах от калитки недалеко от скамейки лежал Влад. Он лежал, навалившись спиной на одну из металлических конструкций, безжизненно раскинув руки. Одна его нога была согнута, словно он пытался встать, другая уперлась ботинком в брусчатку. Из груди охранника торчал заточенный прут. На пятнистой камуфляжной куртке вокруг прута запеклось темно-бардовое пятно крови. Другое пятно растеклось под телом на брусчатке.
   Было ясно, что Влад мертв, и судя по посиневшему лицу - уже давно.
   Первым обрел дар речи Колосов.
   - Нужно позвонить в милицию, - севшим голосом произнес Олег Петрович и взглянул на Клотова.
   Майор кивнул.
   - Слушайте, мужики, я уже опаздываю на работу, - пожаловался прохожий, обнаруживший труп. - Я пойду, а вы тут сами разбирайтесь.
   - Хорошо. Только оставьте свой адрес или телефон, - сказал Клотов.
   Мужик не возражал.
   - Я тут рядом живу, дальше по Полетаева. В эту сторону мне ближе до остановки, - объяснил он.
   Прохожий достал из сумки бумажку и ручку и написал на ней свой домашний адрес. Клотов взял его кривые каракули и спрятал в карман.
   - Мы передадим информацию в милицию, - предупредил майор. - Наверно, к вам заедут, чтобы взять показания.
   - Пускай заходят, я - дома после семи, - сказал мужик и пошел на остановку.
   Олег Петрович, Григорий и Клотов еще около минуты стояли возле ворот, находясь под впечатлением от случившегося. Никто из них не решился подойти к покойнику. Все трое воздержались от неуместных банальных суждений. Тяжело и жутко было видеть человека, который еще вчера вечером маячил у них перед глазами, а теперь лежал пронзенный железным прутом, словно был не разумным существом, а какой-нибудь никчемной лягушкой.
   - Ну, что будем делать? - удрученно произнес Олег Петрович. - Ты, Григорий, наверно, оставайся здесь. К трупу не подходи. А мы с Андреем пойдем в дом, и вызовем милицию.
   Колосов и Клотов вернулись во двор, а Григорий остался на улице.
   - Это продолжается, - с растерянностью и упреком произнес Олег Петрович и остановился посредине двора.
   Было видно, что он очень расстроен.
   - Будем вызывать милицию?
   - Конечно. Но будет лучше, если позвоню я, - предложил Клотов.
   - Давай.
   Колосов достал из кармана халата сотовый телефон и отдал его майору.
   - Я пойду оденусь, - мрачно добавил он и направился в дом.
   Клотов проводил взглядом подавленного Олега Петровича, подошел к гаражу и набрал телефон дежурной части своего РУВД.
   Ему ответил старший лейтенант Бубнов.
   - Привет, Дима, - поздоровался майор. - Это - Клотов.
   - Здорово, Андрей. Как твой отпуск?
   - Нормально. Но я звоню по делу. Кое-что случилось, неприятное... Я был в гостях у своего знакомого на улице Полетаева.... Ну, и...Мы только что обнаружили труп его охранника за забором. Так что, звоню, чтоб огорчить тебя и сказать, что у тебя не будет спокойного дежурства. Ты приедешь сюда с дежурной группой?
   - Какой разговор?! Сейчас же выезжаем.
   - Тут такое дело, - приостановил его Клотов. - Я был в гостях неофициально. Кроме хозяина никто не знает, что я работаю в милиции. Поэтому предупреди ребят, чтоб они не бросались мне на шею, когда приедут.
   - Ладно, предупрежу. А что ты там делал неофициально? Правда, гостил?!
   - Объясню при встрече.
   - Понял.
   - И еще. Я позвоню Варенцову. Попрошу его приехать.
   - Как знаешь.
   Клотов сообщил Бубнову адрес Колосова, а потом позвонил на домашний телефон своему другу, следователю районной прокуратуры Варенцову. Поскольку воскресное утро только начиналось, была большая вероятность застать его дома. В противном случае с ним всегда можно было связаться по служебному сотовому телефону.
   В трубке раздался бодрый голос Варенцова.
   - Привет, Женя, - поздоровался Клотов.
   - А-а, Андрей. Привет.
   - Ты уже проснулся?
   - Давно.
   - Ты сегодня не дежуришь?
   - Нет.
   - Жаль. А чем собирался заняться?
   - Ничем особенным. У тебя что-то случилось?
   - Покойник на улице Полетаева.
   - Ты, разве, не в отпуске?
   - В отпуске. Но, так получилось, что я втянут в эту историю.
   - И что там произошло?
   - Я гостил у знакомого. Точнее говоря, оказывал одному известному бизнесмену несложную услугу. Ничего особенного, - семейные неурядицы. Но только что возникла проблема, - его охранника нашли мертвым. Поэтому теперь, сам понимаешь, мне никуда от этого не деться.
   - Ты хочешь, чтоб я приехал?
   - Да. Я уже вызвал дежурную группу РУВД, но хочу, чтоб ты лично занялся этим делом. Выручай. Все равно расследование поручат прокуратуре. А мне будет спокойнее, если его будешь вести именно ты.
   - Ну, хорошо. Я приеду. Сейчас позвоню дежурному, предупрежу его и попрошу прислать за мной машину.
   - Спасибо. Чуть не забыл. Никто, кроме хозяина не знает, что я - опер. Поэтому хочу тебя попросить, когда приедешь, сделай вид, что меня не знаешь.
   - Это, пожалуйста. А, все-таки, что ты там делал?
   - Долгая история. Позже расскажу.
   - Ну, ладно. Говори адрес.
   Клотов сообщил Варенцову домашний адрес Колосова, потом выключил телефон и пошел к калитке. Он не хотел оставлять Григория одного возле трупа. Возможно, кто-то из жильцов дома имел отношение к смерти Влада, поэтому никого нельзя было подпускать к месту происшествия, чтобы не дать возможность уничтожить улики.
   Григорий по-прежнему стоял возле калитки.
   На дороге оживленно переговаривались двое любопытных, судя по внешнему виду, - алкоголики или бомжи.
   - Вы хотите дать показания по поводу убийства?! - резко спросил их Клотов.
   Мужики замолчали и с опаской посмотрели на майора.
   - Значит, не хрен толпиться! Тут вам не цирк! - прикрикнул на них Клотов.
   Иногда его начинало злить людское любопытство, низводящее чью-то смерть до разряда развлечения.
   Мужики не стали огрызаться, и пошли своей дорогой.
   "Скоро здесь соберется толпа зевак, - подумал майор. - Всех не разгонишь".
   Клотов с досадой посмотрел на мертвого охранника. В нем это зрелище не вызывало ничего, кроме жалости и досады. И еще - мыслей, из которых некоторые были очень удручающими.
   "Как вчера сказал Влад? - постарался вспомнить майор. - "Когда навес соберут, эти острые пики окажутся на краю крыши. А пока навес - на земле, надо быть внимательным и держаться подальше от штырей, чтобы не превратиться в канапе, этакий смешной матерящийся бутерброд на гигантской зубочистке". Черт побери! Как он был прав! Но сам он оступился и упал на этот острый штырь, или ему помогли?"
   Клотов хмуро смотрел на скрючившееся в предсмертной агонии тело и думал о случившейся трагедии:
   "Зачем Влад ночью вышел за ворота? Может быть, он что-то увидел? Или его кто-то позвал? Интересно, был ли он еще жив, когда я выходил во двор? Экспертиза установит точное время смерти, но то, что я не встретился с Владом ночью, может означать то, что он уже был мертв. Странный звук!!! Конечно!!! Когда я выкурил сигарету, я услышал странный звук похожий на вздох! Может быть, это был последний стон умирающего?!"
   Майор закусил от досады губу.
   "Но что случилось ночью? Скорее всего, Влад вышел за ворота для какого-то разговора или дела. Потом Влад упал на штырь. Это могла быть случайность или его подтолкнули. Подтолкнуть такого крепкого парня было бы непросто. Едва ли кто-то из живущих в доме смог бы справиться с Владом. Тогда кто?! Или случайность?! ".
   Клотов задумчиво посмотрел на распахнутую калитку.
   "Значит, очень даже может быть, что, когда я вышел в три часа ночи за ворота, Влад уже лежал здесь, истекая последними каплями крови.... Да. Такое возможно. Тут было так темно, что увидеть его я не мог. Мог ли я ему помочь? Судя по характеру раны, Влад умер очень быстро".
   - Ужасная смерть, - негромко произнес Григорий и скорбно взглянул на майора, словно желая узнать его мнение на этот счет.
   "Сейчас все будут сочувствовать Владу, - подумал Клотов. - Вот и у Григория на лице - искренняя скорбь, а, между тем, неясно с кем он и Светлана встречались вчера днем возле торгового центра, и почему в три часа ночи горел ночник в комнате Светланы".
   Майор не стал делиться с Григорием своими подозрениями и грустно согласился:
  -- Да. Смерть всегда уродлива.
   В это момент в мозгу Клотова родилась мысль, которая заставила майора содрогнуться и в один миг сковала его сердце ужасом. Клотов почувствовал, как кровь отлилась от его щек, а на лбу выступил холодный пот.
   "Не может быть!!! А что, если Влад был еще жив, когда я закрыл калитку на задвижку. Он мог находиться в тот момент где-то на улице. Поэтому и калитка была открыта. Ночью я предположил, что Влад просто забыл закрыть калитку на задвижку и уснул на работе. А ведь гораздо правдоподобнее звучит объяснение, что он куда-то ушел. И что дальше? Охранник вернулся и обнаружил, что калитка заперта. Он мог позвонить в звонок или начать стучать. Но тогда он бы разбудил весь дом, и его бы обязательно спросили, где он был. Естественно, даже если Влад уходил по уважительной причине, такой расклад его явно не устраивал. Поэтому ему оставалось только одно, - лезть через забор. Забор высокий. Где Владу было легче его перелезть. Конечно, там, где были сложены части разобранного навеса, ведь, если встать на них, - уже высота забора сокращается почти на метр и можно постараться подпрыгнуть и ухватиться за его край. Если Влад так поступил, он мог попросту сорваться и упасть на острый штырь!"
   Вот эта мысль и привела Клотова в ужас.
   Он смерил взглядом забор, посмотрел на покойника и убедился, что его предположение очень похоже на правду.
   В этот момент майор услышал урчание машины.
   Он обернулся и увидел на дороге знакомый УАЗ родного РУВД. Пока машина не подъехала достаточно близко к дому, Клотов поспешил зайти во двор, предоставив Григорию малопривлекательную роль первому встретить дежурную группу РУВД.
  
  
  
   Глава 9.
  
  
   Клотов вошел в дом и поднялся на второй этаж. Проходя мимо гостиной, он увидел там Олега Петровича, Светлану и Лизу. Колосов и его женщины уже переоделись, и о чем-то совещались. Судя по их немного растерянному, но вместе с тем решительному виду, они уже морально подготовились к трудному и неприятному дню. Женщины сидели на стульях вокруг стола, а Колосов стоял.
   Заметив майора, Олег Петрович спросил:
   - Как там?
   Клотов вошел в гостиную.
   - Приехала милицейская машина. Наверно, милиционеры осмотрят труп, а потом будут допрашивать.
   - Всех? - спросила Светлана.
   - Наверняка, несколько вопросов каждому зададут. По крайней мере, спросят, кто видел или слышал что-нибудь подозрительное.
   - Когда погибла Валентина Яковлевна, тоже всех допрашивали, - напомнила Лиза. - Даже тех, кого в момент ее смерти не было дома.
   - На этот раз нас не скоро оставят в покое, - удрученно заметил Колосов. - Вторая смерть за пол года в одном и том же доме, - это поневоле покажется подозрительным. Теперь следователь вряд ли отнесется к нам с доверием.
   - Ну, это - его проблемы, - отмахнулась Лиза.
   - И наши тоже. Милиция будет околачиваться здесь, пока не придет к какому-либо решению. Все это мешает работе. Я уж молчу о том, что скоро няня и охранники откажутся у нас работать.
   - Это точно, - согласилась Светлана.
   - Ну, ладно, пойду их встречу, - сказал Олег Петрович и вышел из гостиной.
   Клотов отправился в свою комнату, хотя видел, что у женщин была сильная потребность выговориться.
   "Они прекрасно поболтают и без меня," - подумал майор.
   Оказавшись в своей комнате, он сразу выглянул в окно.
   На обочине дороги напротив ворот стоял УАЗ РУВД. Возле УАЗа курил водитель.
   На краю вымощенной площадки топтались в ожидании два милиционера - долговязый и суетной сержант Плюев и уравновешенный старший лейтенант Бубнов.
   В стороне от них образовалась группа зевак. Пока что она состояла только из трех человек, но число любопытных быстро увеличивалось.
   Рядом с милиционерами стояли Олег Петрович и Григорий. Они были единственными, чьи лица выражали скорбь.
   К сожалению, майору был видна лишь меньшая часть площадки и край навеса от скамейки. Мертвого охранника, и того, кто был рядом с ним, закрывал забор. Однако, Клотов без труда догадался, что труп осматривает эксперт.
   Наверняка, им был Костя Эльдемель - лучший эксперт РУВД. Майор представил себе Костю, самозабвенно ползающего возле трупа, и сканирующего массивными очками каждый сантиметр поверхности на месте преступления.
   Вскоре в поле зрения Клотова действительно появился Костя Эльдемель. Он подошел к Бубнову, о чем-то спросил его, и, получив короткий ответ, снова исчез за забором.
   Сержант Плюев жадно наблюдал за действиями эксперта, а старший лейтенант Бубнов, судя по всему, скучал. Наверно, чтобы развеяться, он подошел к Олегу Петровичу и Григорию, и заговорил с ними.
   Картина, которую майор наблюдал из окна, долгое время почти не менялась. Но вскоре он заметил на дороге Галю, не спеша бредущую с автобусной остановки на работу. Она еще ничего не знала. Увидев возле дома Колосовых милицейскую машину и скопление народа, Галя ускорила шаг.
   Подойдя к дому, Галя резко замедлила шаг и испуганно прикрыла рот рукой. Ее испуг и растерянность легко было понять, - после того, как Клотов установил автора писем, содержащих угрозы, Галя, наконец, вздохнула спокойно и, конечно, не ожидала так скоро таких трагичных событий.
   Не успела Галя опомниться, как возле нее уже стоял Бубнов. Старший лейтенант не знал Галю, поскольку она уволилась из РУВД незадолго до того, как он пришел туда работать. После короткого разговора с Бубновым девушка подошла к Олегу Петровичу, обменялась с ним несколькими фразами, и вошла во двор.
   "Судя по спокойной реакции Бубнова, Галя не сказала ему, кто она на самом деле, - сделал вывод майор. - Наверное, она решила не спешить с признанием, по крайней мере, до тех пор, пока ее не станет допрашивать следователь".
   Через минуту на дороге показался новый человек. Это был охранник, пришедший на смену Владу. Увидев людей и служебную машину, он тоже забеспокоился и "перешел на спортивную ходьбу". Реакцией охранника на случившееся был шок. Парень не сразу смог справиться с потрясением и долго стоял возле ворот, уставившись на мертвого товарища. На пол часа он забыл и про работу и про установленные формальности. Присутствие хозяина никак не сказалось на действиях охранника, - он просто стоял и исподлобья смотрел на труп, куря сигарету за сигаретой.
   Через некоторое время на дороге показалась машина прокуратуры. Это был УАЗ с синей полосой, за рулем которого сидел розовощекий Макарыч.
   Машина остановилась на обочине позади своего четырехколесного брата-близнеца из РУВД. Из УАЗа вылез серьезный и сосредоточенный капитан юстиции Варенцов. Он был в своем неизменном сером костюме, в белой рубашке и галстуке болотного цвета. В руке следователь сжимал потрепанный кожаный портфель.
   Вместе с Варенцовым из машины выкарабкался невысокий толстяк в свитере и тесных брюках. Это был эксперт краевого экспертно-криминалистического отдела Николай Бычков.
   Вновь прибывшие подошли к Бубнову, а затем - к месту происшествия.
   В последующие пол часа майор Клотов не увидел ничего интересного. Эксперты работали, а Варенцов корректировал их действия, изредка появляясь в поле зрения Клотова. Сержант Плюев заскучал, поскольку ему не к чему было приложить свою кипучую энергию. Григорий ушел в дом.
   Группа зевак достигла пятнадцати человек. Это были соседи и случайные прохожие. Некоторые водители, которые проезжали в это время по улице, останавливали машины и выходили посмотреть на покойника. Но их любопытства хватало лишь на несколько минут.
   В десять часов утра к дому подкатил синий микроавтобус. Из него вылезли трое мужчин в рабочих комбинезонах. Это были те люди, которые в субботу привезли на грузовике разобранный на части навес. Клотов знал, что у них с Лизой была договоренность в воскресенье собрать навес над площадкой.
   Приехавшие тоже издали увидели две милицейские машины. Выйдя из микроавтобуса, они поняли причину столпотворения. Догадываясь, что намеченная на воскресенье работа перенесется на более поздний срок, они не стали выгружать оборудование и инструменты. По лицам рабочих можно было прочесть, что перспектива простоя их не обрадовала.
   Начальник бригады подошел к Олегу Петровичу и милиционерам. После непродолжительного разговора он возвратился к микроавтобусу. Дав объяснение товарищам, он вместе с ними сел в машину и уехал.
   Клотов долго стоял у окна и выкурил за полтора часа три сигареты. Время от времени он садился на кровать или начинал ходить по комнате. Майору было о чем подумать, поэтому он не спешил выходить в гостиную, где домочадцы обсуждали случившееся несчастье.
   Когда Олег Петрович вернулся в дом, он первым делом заглянул к Клотову, чтобы посоветовался.
   - Ну, что будем делать? Раз Влад умер, значит, я могу сказать всем, что ты с Галей - из милиции? Я так понимаю, что теперь прятаться не от кого?
   - Я бы не спешил с этим, - посоветовал майор. - Сказать правду мы всегда успеем.
   - Но в доме остаются лишь люди, которым я полностью доверяю. Ну, может быть, за исключением Григория.
   Клотов сделал очень серьезное выражение лица и доверительно сообщил: - Олег Петрович, я у вас нахожусь неполных два дня, и вам, наверное, кажется, что за эти дни ничего не было сделано. Вы вправе так думать, поскольку, если б я знал ВСЁ, то смог бы предотвратить смерть Влада.... Но, на самом деле за этот короткий срок мы узнали многое. Мы очень близки к разгадке событий, которые произошли в вашем доме.
   - И вы можете мне все объяснить?!
   - Да. Но пока что я этого делать не буду. Дайте мне еще немного времени.
   Клотов пошел на обман. Пока что он мог объяснить совсем немного. Но он надеялся, что многое прояснится в самое ближайшее время.
   - И Влад имел ко всему этому отношение? - как показалось майору, с надеждой спросил Колосов.
   - Самое прямое, - успокоил его Клотов, понимая, что Олег Петрович не хочет подозревать кого-то из родных.
   Колосов немного помолчал, а потом спросил напрямую.
   - Но ведь кто-то закрыл калитку изнутри, в то время как охранник находился снаружи. Разве это не означает, что в доме есть, по меньшей мере, соучастник убийства?
   - Это я закрыл калитку.
   - Ты?! - изумился Колосов.
   - Ночью я выходил во двор покурить, и закрыл калитку. Я думал, что Влад по невнимательности оставил ее открытой.
   Колосов задумался.
   - Так, может быть, Влад ночью вышел на улицу и в темноте оступился? - предположил он.
   - Скоро вы все узнаете, - пообещал майор. - Кстати, у вас в спальне в три часа ночи горел ночник. Вы тоже не спали?
   - Я сплю крепко. А вот у моей жены часто бывает бессонница. Она нередко читает часов до двух-трех.
   - Вам свет не мешает?
   - Нет. Я устаю на работе.
   Колосов с усталым видом потер лоб и поинтересовался:
   - А что мне говорить милиции, если будут спрашивать о тебе и Гале?
   - Я их уже предупредил насчет себя. Поэтому можете смело говорить все, как есть, или отослать за разъяснениями ко мне. Следователь - мой друг. Когда меня будут допрашивать, я ему все растолкую.
   Олег Петрович ушел, а Клотов снова подошел к окну.
   Через пять минут он увидел, как Светлана и Лиза в сопровождении Григория отправились посмотреть на мертвого охранника. Вероятно, женщинам не терпелось увидеть место трагедии собственными глазами. Маленькая процессия пересекла двор, вышла за калитку, но потом довольно быстро вернулась. Как и следовало ожидать, при виде мертвеца женщины вспомнили о своей природной слабости и впечатлительности. Лиза даже заплакала, а Светлана стала почти такой же бледной, как Влад.
   Троица поспешно возвратилась в дом, и Клотов скоро решил, что ему не следует так долго оставаться затворником. Более естественным в данной ситуации было не прятаться от людей, а активно с ними общаться. Поэтому майор вышел из комнаты, чтобы засвидетельствовать интерес к происходящему, очень уместный при сложившихся обстоятельствах.
   В гостиной в ожидании допроса коротали время Светлана, Лиза и Григорий. Галя нянчилась с младенцем в детской, Коля играл в своей комнате на первом этаже, а Олег Петрович снова вышел на улицу, где до сих пор работали эксперты.
   Клотов сел на стул рядом с Григорием и принял посильное участие в эмоциональном, но бессодержательном разговоре.
   Это было не сложно, поскольку мнением гостя никто не интересовался. Разговор шел сам по накатанным рельсам. Лиза всхлипывала и винила себя в том, что затеяла благоустройство площадки.
   - Какой ужас! Если бы знать заранее, что такое могло случиться, можно было собрать навес еще вчера, - сокрушалась она. - Я ведь просила об этом подрядчика, но мне сказали, что за пол дня они не успеют все сделать.
   - Это судьба, - мрачно заметил Григорий. - А как иначе объяснить?! Надо ж было человеку среди ночи пойти в то единственное место, где его поджидала смерть! Что его туда потянуло? В результате, споткнулся в темноте об железки, и упал прямо на прут! Вот такая судьба.
   - Может быть, и судьба, - не очень уверенно согласилась Светлана. - Но как это объяснить его семье. Между прочим, у Влада осталась жена и ребенок. Они, наверно, еще не знают о несчастье.
   - Так надо позвонить.
   - А кто захочет сообщить такое?
   Все трое промолчали.
   Клотов еще не завтракал. Поэтому он воспользовался случаем, и выпил кружку чая с бутербродами, которые ему любезно приготовила Светлана. Утолив голод, майор извинился и, сославшись на головную боль, ушел к себе. Он знал, что подобные разговоры не имеют конца, а между тем ему надо было хорошенько проанализировать все имеющиеся факты.
   Войдя в комнату, он сразу выглянул в окно и стал очевидцем того, как тело охранника увезли в морг. Влада положили на носилки и погрузили в приехавший УАЗ- 452. Собравшиеся проводили покойного сочувствующими взглядами, после чего машина уехала, зеваки разошлись, а милиционеры и Олег Петрович вошли во двор.
   "Сейчас, Варенцов начнет допрашивать, - подумал майор и отошел от окна. - Надеюсь, ко мне он придет последним. Тогда я узнаю, что сказали ему все остальные".
   Клотов лег на кровать и снова погрузился в размышления.
   Майора не беспокоили почти два часа. Оказалось, что Варенцов, как Клотов и предположил, оставил приятеля на десерт.
   Когда майор устал ждать и был готов выйти, чтобы привлечь к себе внимание, дверь в комнату отворилась, и на пороге показался следователь.
   Варенцов разговаривал со всеми с глазу на глаз, поэтому Клотов тоже мог встретиться с ним без свидетелей.
   - Еще раз привет, - негромко поздоровался следователь и положил портфель на край кровати.
   - Привет.
   Друзья обменялись рукопожатиями, и Варенцов сел на кровать возле Клотова.
   - Понравилось быть частным детективом? - с сарказмом спросил следователь.
   - Работенка - не пыльная. Если бы еще за нее платили.
   - Все равно не понимаю, почему тебе дома не сиделось. У тебя с этой Галей... роман?
   - Если ты так думаешь, представляю, что сказала бы моя жена, - усмехнулся майор. - Между нами ничего нет, и не было. Просто я - в долгу перед Галей, и поэтому согласился погостить у Колосова. Честно скажу, я не ожидал, что события примут такой крутой оборот.
   - Я уже знаю. Галя мне рассказала. Она, действительно, служила у вас в РУВД?
   - Да. Несколько лет назад.
   Варенцов заметил на своей штанине прилипшую соринку и аккуратно ее смахнул.
   - Галя рассказала, что вас сюда привело. Она была немного взволнованна, и поэтому я многое не понял. Но я не буду просить тебя повторять эту длинную историю. Лучше сам подниму дело о смерти первой няни Колосовых, и внимательно его прочитаю.
   - Правильно. Буду благодарен, если ты и мне дашь его почитать.
   - Пока ничего не обещаю. Но сразу хочу тебя спросить, - ты все-таки давно занят этим делом и уже во многом, наверняка, разобрался. Смерть Валентины Яковлевны и охранника как-то связаны?
   - Может быть. Только я пока не нашел эту связь, - откровенно признался Клотов.
   - Жаль, - заметил Варенцов. - Хотелось попасть на все готовенькое. Но, видно, придется поработать.
   - Зато на тебя не будет влиять чужое мнение. Может быть, ты посмотришь на эти смерти под другим углом зрения.
   - Что ж. Придется посмотреть на них со всех сторон. Я и так уже, честно говоря, многих в этом доме подозреваю. Слишком странной смертью умерла няня. Какой уж там несчастный случай! И смерть охранника, чувствую, - из той же серии. На первый взгляд, можно, действительно, предположить несчастный случай. Охранник вышел на улицу и в темноте напоролся на прут.... Но.... Кстати. Колосов сказал, что это ты закрыл калитку, - резко сменил тему Варенцов.
   - Да.
   - И сколько тогда было времени?
   - Три часа ночи. Я курил у окна и увидел, что калитка открыта.
   - Больше ты не заметил ничего странного?
   - Как раз странного в эту ночь было очень много.
   - А конкретней.
   - Вначале, когда я курил, я услышал звук, похожий на стон или вздох. Он и привлек мое внимание к открытой калитке. Затем, когда я выходил из дома, меня удивило то, что входная дверь была открыта.
   - Все двери - нараспашку! Интересно.
   - Ну, не то чтобы нараспашку. Только не заперты.
   - У нас богатые всего боятся, и закрываются на десять замков.
   - Вероятно, эта ночь была исключением. Еще было странным то, что я нигде не увидел Влада. Но тогда я подумал, что он спал на работе. А самым удивительным было то, что, когда я закрыл калитку и хотел вернуться в дом, оказалось, что входную дверь кто-то запер.
   - И как ты вошел? Через окно?
   - Пока я ходил по двору и думал, как войти в дом, кто-то открыл для меня дверь.
   - Получается, что не ты один бодрствовал в три часа ночи?
   - Да. Кстати, в спальне Колосовых горел свет. У остальных было темно. Правда, насчет Григория ничего сказать не могу, его окна не видел.
   Варенцов задумчиво почесал подбородок.
   - Странно. Очень... странно.
   - Что именно?
   - Все, о чем ты говоришь. И еще мне трудно представить, как охранник мог оступиться и упасть спиной на прут. Конечно, прутов там достаточно, но мало кто, оступившись, падает на спину. Обычно падают на бок.
   - Ну, а если Влада толкнули?
   - Или вначале оглушили, а потом бросили на прут. Надеюсь, экспертиза скажет что-нибудь на этот счет.
   - У меня есть одна версия.
   - Какая?
   Клотову было неприятно об этом говорить.
   - Я думаю,... вдруг охранник погиб из-за того, что я закрыл калитку? Может быть, Влад куда-то уходил, а, когда пришел, обнаружил, что калитка заперта. Я бы на его месте попытался перелезть через забор. Удобнее всего это сделать там, где сложен навес. Ну, а при известной доле невезения, можно предположить, что Влад сорвался и упал на штырь.
   Варенцов почему-то улыбнулся.
   - Я думал об этом, - признался он. - Но раньше времени не хотел тебя расстраивать. Знал, что ты будешь переживать, раз именно ты закрыл калитку.
   - Так вы осмотрели забор?
   -Да. И забор, и части навеса, а также ладони и обувь охранника.
   - И что?
   - Пока что ничего не обнаружили. Нет очевидных свидетельств, что Влад пытался перелезть через забор. Но лабораторные исследования могут все изменить.
   Клотов мрачно кивнул.
   - Кстати, об экспертизе, - вспомнил он. - Вы нашли возле тела какие-нибудь следы?
   - Почти ничего. Отпечатков обуви возле трупа нет, потому что площадка выложена брусчаткой. Может быть, найдем что-нибудь на теле: под ногтями убитого или на одежде.
   - Но что-то все-таки есть?
   - Да. Но не понятно, имеет ли это отношение к смерти.
   Следователь открыл портфель и достал из него небольшой полиэтиленовый пакетик.
   - Я специально оставил это у себя, чтобы тебе показать, - добавил он и протянул пакетик Клотову.
   Майор взял находку и внимательно ее осмотрел. В пакетике для вещественных доказательств лежал небольшой прямоугольный клочок бумаги. Его длина была около десяти сантиметров, а ширина - около двух. Можно было с большой вероятностью предположить, что бумажка оторвана от чистого поля газеты. На краю бумажки мелким почерком было написано "Червонная дама".
   - Интересно, - задумчиво пробормотал Клотов.
   - Я уже выяснил, что это - почерк Влада, - сообщил Варенцов. - Я нашел образец его почерка в журнале, который заполняют охранники. Вначале я подумал, что, может быть, это - предсмертная записка. Но потом понял, что предположил чушь. Трудно представить, как охранник с прутом в груди пишет эту записку. К тому же при нем не нашли ручку, там было темно, да и слова написаны ровно в спокойной обстановке.
   - Вы искали газету в домике охраны?
   - Да. Но не нашли.
   - Возможно, он написал эту записку в другом месте.
   - Может быть, у себя дома, - предположил следователь.
   - Возможно.
   - Но, в любом случае, непонятно, что это такое?
   - Знаешь, что я думаю? - спросил майор.
   - Что?
   - Этот обрывок очень похож на закладку. Например, для книги. Если так, то можно предположить, что Влад читал книгу, о чем-то подумал и написал на закладке эту странную фразу, чтобы о чем-то не забыть.
   Варенцов взял в руки пакетик.
   - Действительно, - согласился он. - Слова написаны на краю полоски, причем не вдоль ее, а поперек, что достаточно неудобно, зато, если эту закладку вложить в книгу, надпись будет полностью видна.
   - Где вы нашли эту бумажку?
   - Рядом с телом.
   - Может быть, она случайно выпала из кармана, когда Влад что-то доставал?
   - Может быть. Но, что означает эта надпись "Червонная дама"?
   - Непонятно. Но, знаешь, совсем не обязательно, что эта бумажка вообще имеет отношение к смерти Влада или к его ночной прогулке.
   - А все-таки, - настаивал следователь. - Между прочим, в картах червонная дама означает женщину со светлыми волосами? Может быть, Влад имел в виду Светлану Колосову или Лизу?!
   - Я почти не знал Влада, - только один раз с ним поговорил. Но мне показалось, что он был обыкновенным парнем. Как бы точнее сказать, - Клотов задумался. - Если бы Влад хотел записать что-то, касающееся Светланы или Лизы, он бы просто написал "Светлана" или "Лиза", а не стал бы придумывать ребусы.
   - А может быть, эта закладка была в книге о карточных гаданиях?
   Майор невольно рассмеялся.
   - Ну, если окажется, что Влад вязал на спицах и читал любовные романы, тогда я поверю, что он интересовался карточными гаданиями. Брось, Женя. Влад был обычным парнем. Если он написал "Червонная дама", значит, он имел в виду что-то абсолютно конкретное.
   - Я тебя не пойму. Что такого конкретного кроме игральной карты, может означать "Червонная дама"?!
   Клотов неуверенно предположил:
   - Может быть, это - какое-то название. Например, фильма, книги... или стихотворения?
   - Вот как? Меня упрекаешь в легкомыслии, а сам всерьез думаешь, что Влад читал стихи?!
   - Ну, может быть, не стихотворения, а, например, название статьи.
   - Эта версия - не намного лучше.
   - Наверно, - согласился майор. - Проще предположить, что эта полоска бумаги не имеет к делу никакого отношения.
   - Может быть, он потерял эту бумажку не ночью, а гораздо раньше?
   - Тогда мы зря ломаем головы.
   Клотов и Варенцов разговаривали еще минут десять. Затем, так и не приблизившись к разгадке странной смерти охранника, следователь ушел.
   Майор остался наедине со своими мыслями.
   В этот день, как и в предыдущий, Клотов мог, когда ему заблагорассудится, уехать домой, чтобы там с чистой совестью забыть о навязанных ему проблемах. Но, незаметно для всех и даже для самого майора, минувшая ночь многое изменила. Не укладывающуюся в голове нелепую смерть охранника Клотов воспринял как вызов. Он почувствовал сильное желание разобраться в происходящем. И на этот раз он хотел этого, может быть, даже сильнее чем Галя и Олег Петрович.
   Иными словами, майор решил остаться в игре. По крайней мере, - до тех пор, пока это было возможно, пока Колосов еще мирился с присутствием посторонних в своем доме.
   Поскольку, возникшую задачу нельзя было решить при помощи ног или кулаков, Клотов пустил в ход свое главное оружие - голову. Он лег на кровать и стал думать.
   Майор не заметил, как пролетело еще два часа. Он вышел из своей комнаты, лишь тогда, когда услышал урчание УАЗа, увозящего Варенцова и эксперта краевого экспертно-криминалистического отдела.
   Казалось, что все должны были вздохнуть свободней. Однако, отъезд дотошного следователя не разрядил напряженную обстановку, воцарившуюся в доме. Всех тяготили мысли о случившейся трагедии.
   Гале так и не удалось поговорить с Клотовым, хотя ей этого очень хотелось. Майор понял это по выразительным взглядам, которыми она обстреляла его, когда они случайно встретились в коридоре. В итоге, Галя ушла с работы, так и не поделившись с майором своими мыслями.
   Клотова утомило заточение в четырех стенах, и он целый час перед ужином просидел на скамейке на заднем дворе, читая газету. Майор бы предпочел наслаждаться чтением на скамье за воротами, чтобы внимательно осмотреть место, где Влада настигла смерть. Однако такое равнодушие к месту, где разыгралась трагедия, родственники Колосова могли посчитать цинизмом. Поэтому Клотов выбрал скамью на заднем дворе и ограничился лишь короткой прогулкой к месту происшествия, которая не дала никаких результатов, - майор увидел лишь лужу запекшейся крови и разобранный навес. На острые концы металлических прутов, торчащих из навеса, были нанизаны деревянные бруски. Клотов догадался, что означало жужжание пилы и стук молотка, которые он слышал, лежа на кровати. Видимо, это потрудился охранник, чтобы обезопасить людей от похожих на копья штырей. Только один прут не имел защитного бруска и угрожающе целился острием в небо. Наверно, охранник не посмел прикоснуться к смертоносному пруту, пронзившему грудь Влада, а, может быть, он не стал этого делать по просьбе Варенцова.
   Когда из-за наступивших сумерек стало невозможно читать газету, Клотова позвали на ужин. Он поднялся в гостиную и с удовольствием поел, поскольку ничего более интересного в доме Колосовых не намечалось, а так же потому, что весь день майор питался кое-как, в основном бутербродами. Так получилось, что в воскресенье никто не выезжал из дома, и поэтому не мог привести готовой еды, которая у Колосовых составляла основную часть меню. Ужин приготовили Светлана и Лиза, и надо отдать им должное, - сделали они это умело. Особенно вкусно готовила Лиза. Светлана прекрасно справлялась с традиционными блюдами, а Лиза знала десятки экзотичных рецептов. Она даже похвасталась, что придумала несколько собственных блюд.
   Еда получилась вкусной, но сам ужин - мрачным. Поскольку говорить за столом о покойнике уместно только на поминках, почти все время, которое семья провела в гостиной, там висело тягостное молчание. Наконец, Олег Петрович принес бутылку водки и предложил помянуть Влада. Все, кроме маленького Коли, выпили. Но даже с водкой разговор за столом не завязался. Общение ограничилось одиночными репликами типа "Ужасно, ужасно", "Надо ж так оступиться".
   Во время ужина произошел неприятный для майора инцидент.
   Григорий долго молчал, а потом неожиданно сказал:
   - Знаете, что мне пришло в голову? Может быть, Влад попытался перелезть через забор и упал на этот штырь?
   Все собравшиеся как по команде посмотрели на Клотова. Они уже знали, что именно он спустился ночью во двор и закрыл калитку.
   Вероятно, из вежливости эту тему никто не поддержал. А Клотов просидел остаток ужина как на иголках.
   Наполнив животы, родственники Колосова разбрелись по дому. Клотов тоже отправился к себе. Он включил телевизор, чтобы никого не удивляла тишина в его комнате, лег на кровать и стал размышлять, перебирая и раскладывая в уме все, что он знает, как какую-нибудь интеллектуальную мозаику. В пол одиннадцатого майор почувствовал сильную усталость. День выдался трудным и длинным. Умственная работа, связанная с многократным "обсасыванием" одних и тех же фактов, порядком вымотали Клотова. Он решил почистить зубы и лечь спать.
   Майор сел, вытащил из-за кровати дорожную сумку, намериваясь достать из ее бокового кармана зубную щетку. Неожиданно его внимание привлекла незаметная для любого другого человека деталь.
   Клотов внимательно осмотрел молнию на сумке, и лицо его сразу посерьезнело.
   Замок был закрыт до конца, между тем у майора была старая, не известно когда и почему возникшая привычка, не закрывать молнию полностью, оставляя два сантиметра не застегнутыми.
   "Кто-то открывал сумку?!" - удивился Клотов.
   Он поставил сумку между ног и осторожно расстегнул молнию. Немного волнуясь, майор стал осматривать вещи. Он сразу заметил, что в сумке, на самом деле, кто-то рылся и, скорее всего, наспех, поскольку одежда лежала не так как обычно. Проведя скрупулезную ревизию вещей, Клотов убедился, что ничего не пропало. Однако, было очевидным, что кто-то ознакомился с содержимым его сумки.
   "Может быть, меня кто-то подозревает и проверяет, тот ли я человек, за которого себя выдаю?" - забеспокоился Клотов.
   К счастью, все свои документы майор хранил в бумажнике, а бумажник носил в кармане брюк еще по одной своей старой и полезной привычке.
   Клотов вспомнил свой первый ужин в доме Колосовых, когда Лиза пожаловалась, что кто-то рылся на ее полке с журналами. Она тогда подозревала Колю.
   "Может быть, я зря беспокоюсь? Возможно, в доме есть нечистый на руку человек. Может быть, Коля таким образом собирает себе деньги на мороженное, или в семье Колосовых завелся клептоман?!"
   Несмотря на наличие десятка более-менее правдоподобных объяснений, Клотов понимал их зыбкость и надуманность. Поэтому беспокойство, завладевшее его мыслями, так и не исчезло. И даже, засыпая, майор все еще думал о том, кто мог рыться в его сумке.
  
  
   Глава 10.
  
   Следующий день начался спокойно и буднично. Олега Петровича разбудил электронный будильник. Светлана встала одновременно с мужем, чтобы помочь Коле собраться в школу.
   Клотов проснулся, когда услышал, как охранник выгоняет из гаража джип Колосова. Майор с неохотой вылез из-под махрового покрывала и подошел к окну. Он увидел стоящий посреди двора Прадо и Колю с недовольной физиономией залезающего на заднее сиденье папиного джипа. Скоро к машине подошел Олег Петрович. Охранник открыл ворота, и фиолетовый Прадо выехал на улицу, свернул направо и через минуту скрылся за желтыми деревьями, окружающими дорогу.
   Олег Петрович не стал будить майора, чтобы узнать о его планах. Клотов догадывался, что бизнесмен немного разочарован в нем. Действительно, присутствие гостя не принесло никаких видимых результатов и не предотвратило смерть охранника. Клотов понимал, что он не может бесконечно гостить у Колосова. Во-первых; согласно выдуманной легенде, он должен был когда-то уехать в Екатеринбург, а во-вторых: жена майора могла в любой момент вернуться от родителей, и в этом случае, Клотову было бы лучше встретить ее дома. Для себя майор решил, что, если ничего за этот день не произойдет, то он уедет вечером, и будет отслеживать события через Варенцова и Галю.
   Скоро проснулись остальные жильцы дома и спустились в столовую на первый этаж завтракать.
   Как это часто бывает после сна, трагические события прошлой ночи потеряли половину своей остроты и уже вызывали не едкую горечь, а вялое сочувствие. Может быть, никто не заговорил бы о смерти охранника, если бы не возращение из командировки Валеры. Муж Лизы ничего не знал о случившемся, поэтому шокирующее известие застало его неподготовленным. Родственники обрушили на него такой поток информации, что Валера немного растерялся. Историю о смерти Влада ему пришлось выслушать не менее трех раз: от Светланы, Григория и Лизы.
   Убедившись, что им удалось ошеломить Валеру, родственники от него отстали, и налегли на легкий завтрак из бутербродов и кофе. Однако эта эмоциональная встряска перевела разговор на ключевые темы прошедшего дня: что могло случиться с Владом, зачем он выходил ночью за ворота, и как его угораздило упасть на прут. Версию о том, что охранник мог упасть на прут, когда пытался перелезть через забор, уже никто не поднимал. Видимо, родственники Колосова договорились между собой, что не будут говорить об этом в присутствии гостя.
   Однако в их глазах читались невысказанные вопросы:
   "Зачем гость ночью выходил из дома?"
   "Он утверждает, что увидел из окна открытую калитку, и решил ее закрыть?!"
   "В Екатеринбурге все такие участливые?! Тогда, почему его не насторожило отсутствие Влада?"
   Клотов чувствовал недоверие во взглядах и словах, с которыми к нему обращались родственники Колосова. Однако, майора реабилитировал тот факт, что никто не видел злого умысла в его поступке. Поэтому смерть Влада после оживленного обсуждения списали на роковую случайность.
   Несколько раз за утро Клотов видел Галю. Она пришла на работу пред тем, как все сели за стол, и сразу занялась малышом. После завтрака майор случайно столкнулся с девушкой на лестнице, и догадался, что ей не терпится поговорить. Однако, пока что обстоятельства не позволяли им встретиться с глазу на глаз.
   Клотов успел тихо спросить:
   - У тебя есть что-нибудь новое для меня?
   Получив отрицательный ответ, он больше не предпринимал попыток поговорить с Галей.
   "Она станет расспрашивать, что я делал ночью во дворе, есть ли у меня объяснение последним событиям и тому подобное. Все это я могу рассказать ей позже без вреда для дела".
   Почти час после завтрака Клотов провел в своей комнате. Дымя сигаретой и о чем-то размышляя, он без особого интереса наблюдал из окна за охранником, заступившим утром на дежурство. Майор видел этого парня в первый день, когда поселился у Колосова. Сменившийся охранник рассказал парню о смерти Влада, поэтому заступивший на дежурство вел себя немного возбужденно. Он несколько раз выходил за ворота, и стоял на том месте, где умер Влад, наверно, разглядывая темное пятно на площадке.
   "Может быть, они были друзьями," - подумал Клотов.
   Вскоре во дворе показался Григорий. Он выгнал из гаража свою машину и занялся симуляцией ремонта. Майор быстро понял по бессмысленному выражению лица автолюбителя, что пользы от его "ныряний" под капот не будет. Вероятно, Григорий совсем не разбирался в машинах.
   Потом во дворе появилась Светлана. Она была одета в коричневый брючный костюм. Клотов слышал за завтраком, что Светлана собиралась поехать в супермаркет за продуктами. Хозяйка дома попросила Григория выгнать из гаража ее машину. Пока бардовый джип прогревался, брат и сестра разговаривали. Майор не слышал ни слова из их разговора, только увидел как, уезжая, Светлана дала брату пятьсот рублей.
   "Интересно, зачем?"
   Спустя некоторое время, Клотов тоже спустился во двор. Григорий к тому моменту перешел к "ремонту" двери, в которой барахлил стеклоподъемник.
   Майор медленно подошел к Григорию и несколько минут смотрел на его бесполезные попытки что-то исправить. Затем полюбопытствовал:
   - Что-то сломалось?
   Григорий охотно откликнулся. Ему уже надоело чинить машину, и он был рад возможности с кем-либо поболтать.
   - Тут много чего сломано. Я езжу на этой балалайке почти четыре года. Вначале что-то чинил, а теперь - просто не даю совсем развалиться.
   "Это плохо вяжется с образом преуспевающего предпринимателя, которому пытается соответствовать брат Светланы", - подумал Клотов.
   Почему-то, в это утро у Григория не было желания врать, а может быть, Клотов показался ему "своим парнем" или, наоборот, совсем посторонним человеком из другого города, с которым необязательно лицемерить.
   - Машина сама по себе хорошая, - заметил Григорий. - Любая другая давно бы развалилась, если ее четыре года гонять по нашим дорогам из Хабаровска во Владивосток и обратно. А эта - еще жива. Если попадет в хорошие руки, то еще лет десять отъездит. Только вложений потребует много: стойки убитые, масло убегает, даже элементарных тормозов нет - педаль в пол вжимаешь, а она даже не собирается тормозить, еще надо менять ремни, делать рулевку, другими словами, - много чего, по-хорошему, надо чинить.
   - Так ты, вроде, занимаешься запчастями.
   - То - бизнес. А на себя, как обычно, жалко. К тому же я в основном торгую подержанными автошинами. Остальное беру только под заказ. Иногда двери вожу или оптику.
   - А продать машину не пытался?
   - Потом покупать что-то придется. А что можно купить за те же деньги?! - Григорий невесело усмехнулся. - Честно говоря, у меня в последнее время туго с деньгами, - вот сейчас даже занял у сестры пятьсот рублей на масло и бензин.
   - Бизнес плохо идет?
   - И бизнес, и все остальное.... Черная полоса, одним словом.
   - Жена, небось, пилит.
   - Уже не пилит. Мы почти три месяца назад развелись. Моя бывшая уехала к матери в Магадан.
   - В Магадан из Хабаровска?! - удивился Клотов.
   - Да.
   -Здорово ж вы разругались, раз она поменяла Хабаровск на Магадан.
   Григорий нахмурился. Было видно, что ему неприятна затронутая тема.
   - Квартира тебе досталась?
   - Квартиру пришлось продать.
   - Поделили или все ей отдал?
   Григорий как-то странно хмыкнул, затем показал майору свою левую руку, на безымянном пальце которой блестело узкое золотое кольцо.
   - Вот что мне осталось на память о семейной жизни.
   Майор сочувственно посмотрел на обручальное кольцо и неожиданно задал совсем неуместный посторонний вопрос:
   - Ты левша?
   - Левша?! - удивился Григорий. - С чего ты взял?
   - Мне показалось, что ты все делаешь левой рукой.
   - Совсем нет. Ни разу за собой не замечал.
   Григорий с интересом посмотрел на свою руку, словно увидел ее в первый раз.
   - Мне жена говорила, что у меня руки не из того места растут. Но левшой еще никто не называл.
  
   После обеда появился Варенцов. Он приехал, чтобы побеседовать с Валерой, но ничуть не меньше следователь хотел поговорить с Клотовым.
   УАЗ прокуратуры остановился напротив ворот. Майор увидел из окна, как следователь вошел во двор, затем - в дом.
   Клотов лег на кровать, - горизонтальное положение тела в последние дни было для него наиболее привычным, и стал терпеливо ждать.
   Варенцов около получаса разговаривал с Валерой, затем задал несколько пустяковых вопросов Светлане, которая к тому времени вернулась из магазина, Лизе и Григорию.
   После этого следователь зашел в комнату майора. Его повторный визит к гостю Колосова никому не должен был показаться странным, поскольку Клотов был важным свидетелем и единственным человеком, который признался, что не спал в то время, когда Влад мог погибнуть. Остальные утверждали, что всю ночь крепко спали. Светлана сказала, что заснула с включенным ночником. По ее словам, она выключила ночник посреди ночи, когда лишь на секунду проснулась. Но, в котором это было часу, Светлана не знала.
   Варенцов прикрыл за собой дверь и сел, как и в прошлый раз, на кровать рядом с майором. Друзья буднично поздоровались и сразу перешли к делу, поскольку не могли затягивать разговор.
   - У вас что-нибудь произошло? - поинтересовался следователь.
   - Ничего нового. Все ведут себя естественно. Похоже, свыклись с мыслью, что произошел несчастный случай.
   - Рано успокоились, - многозначительно произнес следователь.
   - Есть доказательства, что Влада убили?! - спросил Клотов.
   Варенцов хитро усмехнулся.
   - Давай, по порядку, - предложил он. - Начнем с малозначительных фактов, чтобы главное не отвлекло от мелочей.
   - Давай. Только не затягивай.
   - Вначале, об обрывке бумаги, который мы нашли возле трупа.
   - С надписью "Червонная дама".
   - Совершенно верно. Экспертиза подтвердила то, что мы сразу предположили: на бумажке почерк Влада, слова написаны в спокойной обстановке, как выяснилось, у охранника дома.
   - Ты встречался с женой Влада?
   - Да. Точнее уже - с вдовой, - следователь поморщился от неприятных воспоминаний. - В его квартире мы нашли газету, от которой был оторван тот клочок бумаги. В связи с этим, вдова вспомнила некоторые факты. Она сказала, что три дня назад Влад принес домой какую-то толстую тетрадь. Он не разрешил жене заглянуть в нее, но сам ее просмотрел, что-то в ней нашел и тогда сделал эту закладку.
   - На которой написал "Червонная дама".
   - Надо полагать, что так. Она не видела, что он написал. Но мы нашли обрывок газеты именно с такими словами.
   - Ты уже понял, что это означает?
   - Пока нет. Может быть, это не имеет отношение к смерти Влада, но мы осмотрели всю его квартиру, но тетради так и не нашли.
   - Может быть, она - в домике охраны.
   - Нет. Мы бы нашли ее вчера, когда искали газету.
   - Что еще?
   Клотову не терпелось услышать все новости.
   - Судмедэксперт установил приблизительное время смерти. Это - три часа ночи. Может быть, немного раньше.
   - Насколько это точно?
   - Ну, учитывая, что ты какое-то время ходил по дому и по двору, можно быть почти полностью уверенным, что Влад был уже мертв, когда ты ночью вышел на улицу. Наверно, ты его просто не заметил из-за темноты.
   Лицо майора было сосредоточенным, поэтому трудно было понять, обрадовался он тому, что даже косвенно не причастен к трагедии, или знал об этом заранее.
   - И самое главное, - почти торжественно произнес Варенцов.
   - Ну. Не тяни.
   - У Влада была задрана одежда на животе. Это мы заметили сразу, хотя вначале не обратили на это должного внимания. Так вот. Судмедэксперт нашел у охранника на животе два характерных следа от электрошокера.
   - Шокера, - механически повторил за следователем Клотов.
   - Поэтому появилась версия, - продолжал Варенцов, - что Влада парализовали электрошоком, а затем толкнули или бросили на штырь. К сожалению, тот, кто это сделал, совсем не оставил следов.
   - Ну, это - как сказать.
   - Совсем никаких, - возразил следователь. - Ни волоска на одежде Влада, ни следов кожи у него под ногтями. Правда, есть слабая надежда, что на одежде убийцы могли остаться следы крови Влада. Шансов на это мало, но, может быть, имеет смысл взять на экспертизу одежду всех, кто живет в доме?
   Майор ничего ему не посоветовал.
   Целую минуту Клотов и следователь молчали.
   Затем Варенцов спросил:
   - Для тебя что-нибудь прояснилось в этой истории?
   - Уже многое..., - задумчиво произнес майор.
   Клотов сразу стал немногословен.
   - Многое?! - удивился следователь. - Может быть, поделишься чем-нибудь со мной?
   - Я еще не все понял.
   Варенцов привык к тому, что майор часто темнит и недоговаривает.
   Он не стал расспрашивать Клотова и заговорил сам для себя, поскольку майор, казалось, больше его не слушал:
   - Все это очень странно.... Я поднял дело Валентины Яковлевны. Ее падение с лестницы тоже вызывает подозрения. Непонятно, зачем няня приняла столько снотворного, где она ела после завтрака, и... словом, много, много чего противоречивого.
   Заметив, что Клотов ушел в себя, следователь встал с кровати и попрощался:
   - Ладно. Я пойду. Ты еще долго собираешься здесь оставаться?
   Майор вышел из задумчивости.
   - Я?... Наверно, уже вечером меня здесь не будет. Если я что-нибудь раскопаю, то позвоню. Или увидимся вечером.
   Товарищи попрощались, и следователь подошел к двери.
   - Забыл тебя спросить, - остановил его Клотов. - Когда ты смотрел дело Валентины Яковлевны, точнее - результат вскрытия, ты не обратил внимание, сок какого грейпфрута обнаружили у нее в желудке: красного или желтого?
   Варенцов, недоумевая, посмотрел на майора.
   - Я тебя не совсем понял.
   - Насколько я знаю, в желудке погибшей няни нашли сок грейпфрута, - пояснил Клотов. - Если сок был с мякотью, то можно было определить, был это сок красного грейпфрута или желтого. Есть два таких сорта, понимаешь?
   - А-а, - протянул следователь. - Нет. Я читал протокол экспертизы. Там ничего не было сказано, о сорте грейпфрута. А это имеет какое-то значение?
   - Возможно.
   Видя, что майор опять не договаривает, Варенцов попрощался и вышел из комнаты.
   Когда через пол часа Клотов подошел к окну, машины прокуратуры на улице уже не было. Она давно уехала, но майор этого не слышал.
   Клотов вернулся на кровать и снова задумался. Приближался момент для решительных действий.
  
  
  
   Глава 11.
  
  
   В семнадцать часов Клотов вышел в гостиную. Судя по самодовольному лицу майора, время, проведенное в размышлениях, было потрачено с пользой.
   Клотов застал родственников Колосова за полдником. Светлана, Григорий и Лиза сидели за столом, потягивая через цветные соломинки коктейли и поедая пирожные. Пирожные Светлана купила в магазине, а коктейли приготовила Лиза. Валеры в гостиной не было. Лиза сказала, что он отсыпается после командировки.
   Клотова пригласили к столу, и Лиза налила ему стакан коктейля.
   - Вы любите коктейли? - спросила она.
   -Да. Особенно алкогольные, - пошутил майор.
   - Вы немножко опоздали. Я приготовила три вида коктейля, но пока вы смотрели телевизор, два из них выпили. Остался только этот. Но, если хотите, я могу приготовить коктейль по вашему вкусу, - предложила Лиза.
   - Спасибо. Я не такой привередливый.
   Клотов отказался от предложенной соломинки, взял в руку стакан и сделал несколько больших глотков.
   - Вкусно, - похвалил он. - Здесь что-то сладкое, наподобие манго.
   - Вы угадали. Манговый нектар.
   - Очень вкусно. Правда, я больше люблю напитки с кислинкой.
   - Для таких как вы в коктейли добавляют сок лимона. Но манго плохо сочетается с лимоном.
   - Откуда вы так много знаете о коктейлях? - поинтересовался майор.
   - Я люблю готовить. Но десерты - это моя слабость, - призналась Лиза. - Особенно торты, коктейли и печенье. Я знаю сотни рецептов, и даже несколько придумала сама. Еще я люблю делать украшения из крема, фруктов и мармелада.
   - Лиза почему-то от всех этих сладостей не толстеет и может себе позволить не считать калории. А вот мне не так повезло, - шутливо пожаловалась Светлана. - Из-за этого коктейля и одного пирожного, мне придется вдвое урезать свой ужин.
   Она подвинула к Клотову блюдо с пирожными и попросила:
   - Съешьте их скорее, а то я скоро не выдержу и возьму еще одно, тогда мне придется совсем отказаться от ужина.
   Майор выбрал пирожное поменьше и надкусил.
   - Пирожные магазинные, - сразу предупредила жена Колосова. - Поэтому не спешите нахваливать Лизу.
   Григорий хохотнул, а Лиза кокетливо застеснялась.
   - Но тот торт, который мы ели два дня назад, был на самом деле очень вкусным, - все-таки отпустил комплимент Клотов.
   - Женщинам больше нравится, когда хвалят их самих, а не их торты, - сказал Григорий и снова хохотнул.
   - А еще женщинам нравится посплетничать, - призналась Светлана. - Пока вас не было, мы говорили о следователе и о вопросах, которые он нам задавал. У нас создалось впечатление, что расследование ни на шаг не продвинулось. По крайней мере, все еще не ясно, как погиб Влад.
   Это был вопрос. Все трое выжидающе смотрели на Клотова.
   - А мне показалось, что он, наоборот, рассчитывает быстро закончить расследование, - доверительно произнес майор.
   - Вот как?!
   - Думаешь, он уже в чем-то разобрался? - с сомнением спросил Григорий.
   Клотов откусил пирожное и медленно отпил коктейль.
   - Уверен....
   - А о чем он вас спрашивал? - полюбопытствовала Лиза.
   - О многом.... О том, что я видел и слышал, когда выходил ночью на улицу. О моем разговоре с Владом утром, когда он только вышел на дежурство, о том, как он тогда выглядел.... Всё я сейчас не вспомню. Но, если проанализировать эти вопросы и информацию, которой следователь невольно со мной поделился, становится абсолютно ясно, что все версии, кроме убийства уже отброшены.
   - Убийство?! - воскликнула Светлана. - А как же несчастный случай? Ведь Влад мог упасть, когда пытался перелезть через забор!
   - Я задал следователю этот вопрос. Вы, наверно, заметили, что я очень переживал, потому что отчасти считал себя причиной случившегося несчастья. Следователь меня успокоил. Он сказал, что экспертиза показала, что Влад умер раньше, чем я закрыл калитку. Поэтому ему не нужно было лезть через забор.
   - Но он мог упасть на этот прут случайно.
   - Его толкнули. Это точно. Поэтому следователь и допытывался, не видел ли я кого-нибудь. Они нашли какие-то следы, подтверждающие, что Влад был на улице не один.
   - Какие следы? - живо спросила Светлана.
   - Мне не сказали.
   - Теперь, они будут проверять знакомых Влада, - уверенно произнес Григорий. - Вот увидите, окажется, что какой-нибудь обиженный приятель вызвал его на улицу и убил.
   Клотов допил коктейль.
   - Следователь думает иначе, - заметил он.
   - А что он думает?
   - Он считает, что Влада убил кто-то из живущих в доме.
   Все замолчали. Даже Григорий перестал всасывать через соломинку коктейль. Удивленные физиономии растерянно уставились на майора.
   - То есть как, "кто-то из живущих в доме"? - переспросила Светлана. - Он имеет в виду кого-то из нас?!
   Клотова сочувственно кивнул, словно ему тоже было неприятно подозрение, адресованное семье.
   - Да. Кого-то из нас.
   - Какая ерунда! - Воскликнула Лиза. - Зачем кому-то из нас убивать Влада?! Мне кажется, ваши догадки - простая игра воображения. Мне тоже, когда следователь разговаривал со мной, казалось, что он кого-то из нас подозревает. Но это - всего лишь их обычная манера задавать вопросы.
   - Точно, - поддержал Лизу Григорий. - Это - их излюбленные приемчики.
   Майор пожал плечами.
   - Но зачем тогда он собирается провести в доме обыск?
   - Обыск?! - Светлану, как хозяйку дома, покоробило такое заявление. - С чего вы взяли?!
   - Вы, конечно, видели у следователя сотовый телефон?
   - Да. Он звонил кому-то, когда меня допрашивал, - подтвердил Григорий. - Я еще спросил, неужели работник прокуратуры может позволить себе сотовый телефон. А он ответил, что телефон служебный. Кажется, ему не понравился мой вопрос....
   - Так вот. Когда следователь со мной разговаривал, - прервал Григория Клотов. - Ему позвонили. Он не хотел говорить при мне, но ему, видимо, пришлось. Возможно, потому что звонил начальник. И он доложил, что планирует провести обыск в доме. Надо полагать, в этом, в каком же еще?! Он сказал, что надеется найти важную улику - какой-то "приборчик". К сожалению, он говорил иносказательно, чтобы я не догадался, о чем идет речь. Еще он сказал, что хочет изъять одежду и поискать на ней следы крови. Я, конечно, не специалист, но мне кажется, если они подозревают, что Влада убил кто-то из нас, то убийцу будут искать по следам крови, оставшимся на одежде.
   - Я видел документальный фильм на схожую тему, - вмешался Григорий. - Там убийцу нашли по следам крови, которые даже не были видны невооруженным взглядом.
   - Значит, мне надо быть готовой к тому, что весь дом перевернут с ног на голову?! - недовольно спросила Светлана.
   - Наверняка.
   - А когда они могут приехать?
   - Наверное, вечером, когда все, включая Олега, будут дома, - предположил Клотов. - Следователь знает, что я - из другого города, и могу в любой момент уехать из Владивостока. Поэтому он попросил меня оставаться здесь, по крайней мере, до завтрашнего утра, и, в любом случае, сообщить ему, когда я захочу уехать.
   - Значит, точно - сегодня вечером, - согласился Григорий.
   - Поскольку вечером мы все будем заняты, лучше уладить дела вне дома поскорее, - майор взглянул на часы. - Ого. Уже пол шестого. Мне надо поторопиться - необходимо сделать кое-какие покупки в городе. Кто-нибудь из вас собирался ехать в город? Было бы хорошо, если бы меня подбросили.
   Клотов окинул взглядом сидящих за столом.
   - Я, вообще-то не собиралась, - сказала Светлана. - Но, если вам нужно, я могу свозить вас, куда надо.
   - Зачем специально ехать? - Возразил ей Григорий. - Я все равно собирался ехать в город за машинным маслом. Я вас подброшу.
   - Масло можно купить на АЗС, в пол километре от нас, - напомнила Лиза.
   - Там такое, каким я пользуюсь, не продается, - объяснил Григорий.
   - Я тоже могу вас подвести, - предложила Лиза. - Я хочу испечь на утро пирог с фруктами, но кое-каких компонентов не хватает.
   - А куда вы собираетесь ехать? - спросил обоих майор.
   - Я - на "Зарю", - ответил Григорий.
   - А я - на рынок на "Второй речке".
   - Мне посоветовали сделать покупки в Универсаме на Русской, - в замешательстве произнес Клотов. - Кому из вас туда ближе?
   - Это - как раз возле рынка, на который я еду, - сказала Лиза.
   - Ну, тогда я - с вами. А когда вы выезжаете?
   - Ну, раз скоро может приехать милиция и изменить наши планы, то - прямо сейчас, только соберусь.
   - Я хотел побриться, - попросил Клотов. - Не люблю выходить в люди небритым. Это займет минут двадцать.
   - Ну, хорошо, - согласилась Лиза. - Тогда я успею приготовить еще по коктейлю.
   - На меня не готовь, - сказал Григорий и встал из-за стола. - Я поеду прямо сейчас. Если автомагазин на "Заре" работает до шести, то я могу не успеть.
   - Я тоже не буду, - отказалась Светлана. - На сегодня калорий хватит. Лучше я позвоню Олегу и порошу его приехать домой пораньше, - не хочется, чтобы милиция орудовала здесь без него.
   Григорий пошел во двор, Светлана - в спальню, а Клотов сходил в свою комнату, взял из сумки привезенную из дома бритву и пену, и занял ванную комнату. Лиза отправилась на кухню готовить коктейль.
   Майор несколько дней не брился и, поэтому зарос редкой рыжевато-бурой щетиной. За пятнадцать минут он чисто побрился и вышел из ванной комнаты с помолодевшим гладким лицом.
   Лиза к тому времени уже собралась и ждала Клотова в столовой на первом этаже. Девушка успела нанести легкий макияж и переодеться в синие джинсы и вязанную бежевую кофточку.
   - Вы плохо смыли пену за ушами, - с улыбкой сказала она, когда Клотов вошел в столовую.
   Майор провел рукой за ухом, и его пальцы действительно испачкались в пене.
   - Надо еще раз умыться, - немного смутившись, произнес он.
   Лиза подала ему стакан с коктейлем.
   - Я приготовила коктейль по вашему вкусу. Он - с кислинкой, как вы любите, и даже, может быть, покажется вам немного горьковатым.
   - Спасибо. Я как раз люблю, когда немного горчит - поблагодарил Клотов и взял из рук девушки высокий стакан.
   Он с восхищением посмотрел на нежно-розовое пенное содержимое прозрачного стакана, и спросил:
   - Почему он такой розовый? В нем есть гранатовый сок?
   Лиза улыбнулась, как человек, который не хочет разглашать секреты.
   - В нем - сок красного грейпфрута, - призналась она.
   - Стильно, - похвалил майор. Он знал, что это слово очень популярно среди молодежи. Наверняка, дизайнеру оно тоже должно было понравиться.
   Клотов еще раз посмотрел на стакан и, запрокинув голову, выпил коктейль одним залпом.
   Внешний вид часто бывает обманчивым. Вот и на этот раз безупречный на вид напиток, оказался на вкус горьким и поэтому не особенно вкусным.
   Но Лиза внимательно смотрела на Клотова, ожидая его оценки.
   - Очень вкусно, - похвалил майор с трудом сдерживая кислую гримасу.
   Девушка удовлетворенно улыбнулась.
   - Ну, что? Теперь мы можем ехать? - спросила она.
   - Только смою пену с ушей.
   Клотов ушел в ванную, а Лиза - во двор, где уже стояла машина, которую охранник по просьбе девушке выгнал из гаража.
   Через пять минут майор тоже вышел во двор и сел в серебристую Тойоту Камри на сиденье рядом с водителем. Зеленые ворота откатились в сторону, и машина выехала на лесную дорогу. Клотов бросил задумчивый взгляд на скамейку, стоящую посреди вымощенной брусчаткой площадки, потом машина повернула направо, и в окне замелькали покрытые осенней листвой деревья.
  
  
  
  
   Глава 12.
  
   Пока серебристая Камри осторожно ехала по лесной дороге, объезжая куски старого асфальта и вырытые колесами ямки, Клотов молча смотрел в окно. Он не замечал яркие краски распустившейся в своей полной красе осени. На лице майора играла умиротворенная улыбка, но на самом деле он был взволнован, как юноша, пришедший на первое свидание.
   Когда машина выехала на дорогу, соединяющую автозаправочную станцию и шоссе, Лиза нарушила затянувшееся молчание и спросила:
   - Когда вы уезжаете в Екатеринбург?
   - Завтра, если не возникнут непредвиденные дела.
   - На самолете?
   - Конечно.
   - И во сколько ваш рейс? Я успею приготовить к вашему отъезду пирог?
   Лиза улыбнулась и кокетливо посмотрела на майора.
   Клотов не знал расписания самолетов.
   - Билет должен купить Олег.
   - Вы не знаете время вылета? Наверно, вы раньше не бывали во Владивостоке, - предположила девушка.
   - Я здесь первый раз.
   - И как вам наш город?
   - Понравился.
   - Жаль, что вы его почти не видели. Держали себя столько дней взаперти.
   Девушка к чему-то прислушалась.
   - Кажется, что-то постукивает в машине, - с беспокойством произнесла она, и повернула руль к краю дороги.
   Майор посмотрел по сторонам. Впереди и справа за деревьями уже хорошо просматривалось многополосное шоссе, по которому неслись автомобили. Слева вдоль дороги простирался достаточно крутой склон, плотно усеянный могилами, надгробиями и деревьями. Это была западная граница Лесного кладбища.
   Лиза остановила машину и, не заглушая двигатель, распахнула дверцу.
   - Вы слышите, как странно стал работать мотор? - спросила она.
   - Нет. Мне кажется, он - в порядке.
   - Водитель первым замечает неисправность, - заметила девушка. - Выйду, послушаю.
   - Вам помочь?
   - Не надо. Я ведь ничего не собираюсь чинить, я только послушаю.
   Девушка вылезла из машины и около минуты стояла рядом с ней, к чему-то прислушиваясь.
   Видимо, ей не понравился звук работающего двигателя, поэтому она немного расстроилась и снова села в машину.
   - Кажется, что-то сломалось, - сказала Лиза. - Жаль, что вы не поехали с Григорием. Не хочу рисковать, лучше позвоню в автосервис, чтоб они приехали и посмотрели машину.
   Девушка повернулась, собираясь взять сумочку, лежащую на заднем сиденье.
   - Не надо, - остановил ее Клотов. - Мне, кажется, сейчас подходящее время, чтобы поговорить.
   - Поговорить?! - Удивилась Лиза. - А разве мастера из автосервиса нам помешают?
   - Да.
   Девушка улыбнулась.
   - Когда мужчина таким тоном предлагает поговорить, он обычно предлагает выйти за него замуж, или сообщает о разводе.
   - Ни то и не другое.
   - Жаль. Хотя, что я говорю? Я ведь - замужняя женщина.
   - А я - майор милиции.
   Лиза изумленно округлила глаза.
   - Майор милиции? А как же колбасный бизнес?
   - Мои познания о колбасе очень ограничены.
   - Но папа представил вас как бизнесмена из Екатеринбурга.
   - Я никогда там не был.
   Удивление в глазах девушки сменилось замешательством, затем в них промелькнула неожиданная догадка.
   - Понимаю, - произнесла она. - Папа попросил вас разобраться в странных событиях, которые происходили последние пол года. Верно?
   - Да. Он, действительно, попросил меня об этом. Неофициально. Фактически - я сейчас нахожусь в отпуске.
   - Значит, у вас на работе ничего не знают об этом... задании?
   - Ничего не знали, пока не убили Влада. Но теперь прокуратура ожидает от меня помощи, и я их не разочарую.
   - Неужели, вы уже во всем разобрались? - с интересом спросила Лиза. - Может быть, вы расскажете мне о своих открытиях?
   - Вы узнаете о них, когда вам предъявят обвинение, - неприветливым тоном пообещал Клотов. - А сейчас мы позвоним по вашему сотовому телефону следователю Варенцову и попросим его прислать машину, чтобы сопроводить вас до следственного кабинета.
   Лицо Лизы стало менее добродушным, но натянутая улыбка не исчезла.
  -- Вы шутите? Как вас понимать?
   Клотов хотел ответить, но вдруг почувствовал сильное головокружение. Его голова беспомощно колыхнулась, словно воздушный шар от порыва ветра, но уже в следующее мгновение, майор восстановил на миг потерянную координацию.
   - Вам плохо? - обеспокоено спросила девушка.
   От ее взгляда не укрылось мимолетное недомогание майора.
   Казалось, что она не прониклась антипатией к Клотову, несмотря на его недвусмысленные обвинения.
   - Ничего. Все в порядке.
   Майор ненадолго опустил потяжелевший затылок на подголовник автомобильного кресла, потом, сделав усилие, выпрямился.
   - Теперь вы можете дать мне телефон. Только не доставайте из сумочки электрошокер.
   Девушка не пошевелилась. Она пристально и сосредоточенно посмотрела на Клотова. Постепенно ее глаза смягчились.
   - Вы должны мне все объяснить, - настойчиво попросила она. - Вы меня в чем-то подозреваете?! Я вижу. Я хочу оправдаться перед вами, и доказать что вы - жертва досадного заблуждения.
   - Увы. Это вам вряд ли удастся. Я никого не обвиняю, не будучи на девяносто девять процентов уверен в истинности обвинения.
   - Но ведь остается один процент для ошибки.
   Майор усмехнулся.
   - Только не в вашем случае.
   - Но, все-таки. Я хочу услышать именно от вас, в чем вы меня подозреваете. Или вам жалко нескольких минут?
   - Хорошо. Пусть будет по-вашему. Все равно, вы от меня никуда не денетесь, - уступил майор. - Я подозреваю вас в убийстве Влада и в преступных действиях, которые привели к смерти Валентины Яковлевны.
   Лиза не испугалась.
   - Интересно, - удивленно заметила она. - Ну, я понимаю смерть Влада, она произошла почти у вас на глазах. Но как вы можете судить о событиях полугодовой давности? В то время вы даже не подозревали о существовании таких людей, как я и Валентина Яковлевна.
   - Верно. Но все три события тесно связаны. Они как три акта одной драмы.
   - Три акта?! Вероятно, вы прибавили еще мнимое покушение на Нину Леонидовну?
   - Да. И чтобы вы не тратили время на бесполезное отпирательство, я объясню вам связь между этими событиями.
   Клотов поморщился, ощутив неприятную ноющую боль в висках. Он закрыл глаза, и снова почувствовал легкое головокружение. Резко раскрыв глаза, он увидел внимательный взгляд Лизы.
   - Вам точно не плохо? - заботливо спросила она.
   - Нет. Такое иногда бывает.
   Майор почувствовал, что ему становится труднее сосредоточиться, словно он выпил небольшую долю алкоголя.
   - Вы обещали объяснить мне, как связаны все три события, - напомнила девушка.
   - Да. Связь, - немного рассеяно согласился Клотов. - С самого начала было ясно, что два первых происшествия связаны с младенцем. Ведь в обоих случаях пострадали няни, присматривающие за ним. Какой прок от младенца?! Учитывая, что его папа - известный бизнесмен, самое естественное предположение, что малыша хотели выкрасть, чтобы потребовать выкуп. Недаром киднепинг так популярен во всем мире. Многие негодяи считают его легким способом отхватить кучу денег.
   Клотов замолчал, словно давая девушке возможность возразить. Но Лиза оказалась терпеливым слушателем.
   - Вначале преступники никому не хотели причинять вреда, - продолжил свой рассказ майор. - Именно "преступники", потому что мне сразу стало ясно, что в одиночку незаметно выкрасть младенца практически невозможно. А выкрасть его надо было именно "незаметно", чтобы подозрение пало на посторонних людей, а не на членов семьи. Как это пытались сделать? Нам известно, что Валентина Яковлевна приняла большую дозу снотворного. Конечно же, она сделала это, сама того не подозревая. Это очевидно. Зачем ей утром принимать недельную норму снотворного?! Спать она не собиралась, сводить счеты с жизнью - тоже. Преступники нашли способ заставить ее принять снотворное, причем как раз перед тем, как она должна была выйти на прогулку с младенцем. На что рассчитывали преступники? Легко догадаться. Валентина Яковлевна, как обычно, сядет на скамейку, ребенок будет спать в коляске. Няня под действием снотворного непременно уснет. Вот тут и понадобится участие двух человек. Один преступник должен был отвлечь охранника, например, увести его во двор, а другой в это время должен был украсть младенца. Причем этот второй должен был в день преступления находиться вне дома, чтобы иметь возможность спрятать младенца и не вызвать подозрение своим отсутствием. Что должно было случиться потом? Няня рано или поздно должна была проснуться, или же ее затянувшаяся прогулка должна была насторожить вернувшегося охранника. В любом случае, вина за пропажу малыша должна была лечь на недобросовестную няню.
   Клотов закрыл глаза и некоторое время молчал.
   - Но их замысел не удался, - майор с усилием разомкнул веки. - Преступники не знали, сколько нужно снотворного, чтобы Валентина Яковлевна отключилась именно на скамейке, и поэтому переборщили. Няня потеряла сознание от передозировки снотворного еще дома, и по роковой случайности упала с лестницы и сломала себе шею.
   Клотов осуждающе покачал головой.
   - Другие восприняли бы эту смерть как предупреждение или знак, что необходимо отказаться от преступной затеи, но, видимо, потребность в деньгах перевесила благоразумие. Спустя несколько месяцев, преступники решили повторить попытку. Ведь никто не догадался, что Валентина Яковлевна погибла, потому что кто-то хотел выкрасть младенца. Однако на этот раз нельзя было использовать снотворное. Случись что, анализы могли показать, что вторая няня переборщила с тем же снотворным, что и первая. Это бы заставило следствие пересмотреть выдвинутую версию о несчастном случае. Так преступники рисковать не могли.... Поскольку Нина Леонидовна была глуховата, решили пойти более простым способом - воспользоваться тряпочкой, смоченной медицинским эфиром или хлороформом. Их план почти не изменился. Один преступник отвлек охранника, другой подъехал к дому, подошел сзади к няне и усыпил ее. Затем украл младенца.
   Клотов прервал свой рассказ, словно натолкнувшись на какую-то преграду.
   - Вот тут, вероятно, снова случилось какое-то непредвиденное событие, - произнес он.
   Речь майора стала более медленной и спокойной. Могло показаться, что он специально говорит размеренно, делая частые паузы между словами, чтобы придать вес своим выводам.
   - Я не знаю точно, что произошло. Но тот человек, который усыпил няню, либо не стал забирать малыша, либо вернул его через очень короткий промежуток времени. Мне кажется, он в последний момент мог испугаться или одуматься. А может быть.... Словом, точно я не знаю, но факт остается фактом. Когда няня очнулась, ребенок лежал в кроватке, и ничего ровным счетом не произошло.
   Клотов снова замолчал и запрокинул голову на подголовник. На этот раз прошла целая минута, но он не смог ее поднять.
   - Я так понимаю, вы считаете, что одним из этих преступников была я? - спросила Лиза.
   - Да. А вторым был ваш муж Валера, - с трудом ворочая языком, произнес майор.
   - Но почему именно мы? Неужели больше некого заподозрить?
   - Вначале я, действительно, подозревал Светлану и Григория. Они вели себя странно, тайно встречались с неизвестными людьми из Хабаровска, заплатили им деньги. Когда был убит Влад, можно было подумать, что именно за его смерть заплатили Светлана и Григорий. Но позже стало очевидным, что они не имели отношение к первым двум происшествиям.... Тогда я задумался над их странным поведением. Григорий сильно нуждается в деньгах, это могло толкнуть его на преступление. Судя по всему, он так прогорел в своем бизнесе, что был вынужден продать квартиру. Наверно, из-за этого с ним развелась жена и уехала к матери в Магадан. Скорее всего, деньги за проданную квартиру пошли на оплату долгов, поэтому она не смогла остаться в Хабаровске....
   Рассказывая, майор время от времени закрывал и открывал глаза, словно его веки смыкались от усталости.
   - Григорий жаловался на боль в области живота. Он говорил, что ударился об руль, когда резко затормозил. Но в другой раз он признался, что у его машины почти нет тормозов. Я предположил, что Григория кто-то ударил, но он хотел это скрыть. Подумав, я нашел неплохое объяснение странному поведению Григория и Светланы.... Григорий просто сбежал от кредиторов.... Через какое-то время они его нашли, вероятно, даже без особого труда, просто разыскав его сестру. Под их нажимом Светлана согласилась заплатить за брата его долги. Естественно, она скрыла это от мужа, чтобы не испортить его отношение к Григорию. Я думаю, мое предположение окажется верным, но даже, если я в чем-то ошибаюсь, то уж точно не в том, что Григорий и Светлана не имеют отношение к убийствам, которые меня интересуют.
   - Ну, что Светлана с братцем - ангелы, я поняла, - с ехидцей сказала Лиза. - Но чем вам не понравилась я с мужем?!
   Клотов хотел с не меньшей издевкой усмехнуться, но его губы выдали лишь вялую улыбку.
   - Именно вы напоили Валентину Яковлевну снотворным.... Подсунуть ей таблетки вы не могли, - она бы это заметила. А в растолченном виде почти все лекарства горькие. Поэтому вы угостили няню коктейлем, который сам по себе горький. Грейпфрут, миндаль, молоко - все это нашли в желудке няни вместе со снотворным. Вам нет смысла отпираться, - я попробовал этот коктейль совсем недавно. Честно говоря, противная штука, но Валентина Яковлевна, наверняка, тоже похвалила его как я, из вежливости.
   Майор сделал неудачную попытку засмеяться. Его голова колыхнулась от беззвучного смеха, а на лице возникла, но быстро растаяла самодовольная улыбка.
   - Именно ваш муж усыпил Нину Леонидовну хлороформом....
   - Эфиром, - спокойно уточнила Лиза.
   - Да. Эфиром, - поправился Клотов, не обратив внимание на изобличающий смысл того, что сказала девушка. - У него на пальце было обручальное кольцо, которое нащупала Нина Леонидовна.... Вашим сообщником не мог быть Григорий, потому что в августе он был уже разведен, и носил кольцо на левой руке. Григорий - правша и, если бы он попытался напасть на Нину Леонидовну, то взял бы тряпку с эфиром в правую руку, и няня не нащупала бы на его руке кольцо.... Вашим сообщником не мог быть и Влад, потому что у него не было бы время спрятать ребенка.... Само собой, ваш отец тоже отпадает.... И еще - скамейка....
   - Какая скамейка? - не поняла Лиза.
   Она решила, что майор оговорился.
   - Скамейка на площадке перед домом. Она тоже указала на вас.
   - Вы, что же, допросили скамейку? - усмехнулась девушка. Казалось, что ее забавляли обвинения, которые предъявлял ей Клотов.
   - До того, как вы придумали свой план, на площадке перед домом стояла обычная лавка. Валентина Яковлевна не смогла бы уснуть на такой лавке, - она бы всякий раз падала и просыпалась. А, если бы она, упав на землю, все-таки заснула, сразу стало бы понятно, что сон был вызван каким-то препаратом. Поэтому вы заказали удобную лавку со спинкой и подлокотниками.
   Клотов прищурил глаза. Он уже не мог повернуть голову и посмотреть на Лизу, он смотрел прямо перед собой в верхнюю часть лобового стекла на небо, которое стало окрашиваться в розовые тона.
   Приближался вечер.
   - Когда вы решили осуществить план со второй няней, вам было важно, чтоб она не услышала шагов Валеры, когда он подходил к ней сзади. Нина Леонидовна была почти глухой, но, на всякий случай, вы снова затеяли перестройку, и замостили площадку брусчаткой. После этого Валера мог подойти к няне почти бесшумно. Еще вы заменили скамейку на более удобную с козырьком. Наверное, для того, чтобы солнце не мешало няне спать.
   Майор замолчал, на этот раз - надолго.
   Лиза задумалась. Через несколько минут она заговорила. От звука ее голоса, веки Клотова вздрогнули, а остекленевший было взгляд снова ожил.
   - Вы так хорошо все рассказали, что мне даже нечего добавить.
   Девушка натянуто улыбнулась, но потом крепко сжала губы. Ее напускная веселость исчезла.
   - Вы почти во всем правы. Ошиблись в мелочах, о которых можно не говорить.... Нам с самого начала не везло. Вначале баба Валя потеряла сознание и упала с лестницы. Хуже развязки трудно было придумать. Я не хотела этого, Валентина Яковлевна мне нравилась. Она была хорошей женщиной.... Затем, снова не повезло, когда Валера усыпил бабу Нину. Он едва успел положить ребенка в машину и отъехать сто метров от дома, как навстречу ему попался джип нашего соседа. Тот узнал моего мужа и моргнул ему фарами. Ясное дело, Валера испугался. Мы договорились, что я буду отвлекать Влада не менее двадцати минут, поэтому он сразу вернулся и положил ребенка обратно в коляску. Я не обвиняю его в трусости. Наверно, он правильно поступил. Если бы мы тогда украли ребенка, то когда-нибудь об этом узнали бы соседи, и тогда могло всплыть, что Валера в тот день не был в командировке, как мы всем сказали.
   В голосе Лизы звучала досада. Девушка, наверно, не могла понять, почему обстоятельства каждый раз оборачивались против нее.
   - И насчет площадки перед домом и скамейки вы тоже правы. Только не поняли, зачем понадобился козырек над скамейкой, - Лиза самодовольно улыбнулась. Ей польстило то, что она хоть в чем-то оказалась прозорливее Клотова. - Во второй раз мы тщательней готовились, и обратили внимание на то, что скамейка развернута спинкой к солнцу, а оно даже летом у нас никогда не бывает в зените. Поэтому баба Нина могла увидеть тень Валеры, когда он окажется у нее за спиной. Чтобы не рисковать, я сделала козырек от солнца.
   - Неужели вы, в самом деле, надеялись на то, что у вас что-нибудь получится? - не то спросил, не то упрекнул Лизу в наивности майор.
   - Вы плохо знаете моего отца. Он бы не стал сообщать о краже ребенка в милицию. Он бы сразу отдал деньги. Он сильно любит этого пацана, и не стал бы им рисковать. В любом случае, я бы знала о всех его действиях, поэтому наш план был обречен на удачу,... если бы не эти случайности!
   Тонкие пальцы девушки сильно сжали оплетку руля и побелели от напряжения.
   - Я понимаю, что с вашей точки зрения, мы - преступники, - Чуть наигранно произнесла она. - Но посмотрите на все немного с другой стороны. Валентина Яковлевна погибла случайно, с этим вы согласились. Мы не собирались ее убивать, нам надо было только, чтоб она немного поспала. Произошла ужасная случайность. Теперь нельзя ничего исправить. Скажите, имеет ли смысл судить меня и Валеру за это? Разрушать нашу семью? Шокировать отца? Намного правильней оставить все как есть. Не ворошить грязное белье. Разве не так?!
   - А как же Влад?
   - Что Влад?! Вы намекаете, что его убили мы с Валерой?! - возмущенно спросила девушка.
   Лицо Клотова уже не выражало никаких эмоций. Он говорил с трудом. Казалось, что он прилагает большие усилия, чтобы не потерять на середине предложения суть того, о чем говорил.
   - На этот раз вы управились без мужа.
   - Вы решили повесить на меня всех собак? - обиделась Лиза.
   - Не отпирайтесь. Раз начали сознаваться, идите до конца.
   - До какого конца?! Вы хотите посадить меня на пятнадцать лет!
   - Свое получите, это точно. Потому что я знаю все. Все.... Вы договорились встретиться с охранником поздно ночью на улице. Там вы парализовали его электрошокером и толкнули на острый прут навеса. А когда убедились, что Влад мертв, хладнокровно вернулись в дом, и легли спать. Вы специально не закрыли калитку, чтоб все решили, что Влад зачем-то вышел на улицу и случайно упал на прут. Я знаю, что это были именно вы. А вот вы не знали, что я в то самое время вышел во двор. Вы вернулись в дом и заперли входную дверь, как раз тогда, когда я ходил под окнами вашего отца. Поэтому, когда я попытался войти в дом, я увидел запертую дверь. Только окно вашей комнаты выходит во двор. Поэтому только вы могли увидеть меня. Вы быстро спустились на первый этаж и открыли входную дверь до того, как я начал искать охранника. Вы постучали чем-то, наверно кольцом, по стеклу и привлекли мое внимание. Потом вы быстро убежали к себе наверх, а я вошел в дом, и не обнаружил раньше времени мертвого охранника.
   Лиза закусила губу.
   - Это была самооборона, - буркнула она, побледнев.
   - Значит, вы не отрицаете?
   Девушка неприязненно посмотрела на майора и стала объяснять:
   - Влад меня шантажировал. Он догадался, что я не спроста увела его из домика охраны в то самое время, когда напали на Нину Леонидовну. Вначале он виду не показал, что что-то заподозрил. Наоборот, он всем говорил, что няня спятила и несет ахинею, что он никуда не уходил из домика охраны, и видел бы, если б на старуху напали. Однако, потом Влад хорошо подумал и вспомнил, что в день, когда погибла первая няня, я просила его помочь мне закрутить клеммы на аккумуляторе. Я попросила его об этом заранее, но когда няня упала с лестницы, необходимость в этом отпала, и я отказалась от его помощи. Однако, он не забыл об этом и догадался, что это я напоила Валентину Яковлевну снотворным. Влад стал требовать у меня денег. Я отдала ему три тысячи долларов, и он пообещал больше не напоминать мне об этом. Но три дня назад он снова потребовал деньги, угрожая обо всем рассказать для начала отцу, а потом и милиции. В ту ночь мы, действительно, договорились встретиться. Я принесла ему две тысячи долларов. Он взял деньги, а потом стал ко мне приставать, угрожая, что если я не отдамся ему, то он обо всем расскажет. Я знала, с кем имею дело, и поэтому взяла с собой электрошок. Когда он стал обнимать меня, я ударила его электрошоком, и оттолкнула.... Он упал и напоролся на этот штырь.... Я не стала звать на помощь, потому что тогда, все пришлось бы рассказать. Тем более что Влад сразу умер, и ему ничем нельзя было помочь. Я забрала деньги и ушла в дом. Потом, действительно, я увидела вас во дворе и открыла вам дверь.
   Девушка замолчала. Она была готова расплакаться от распиравших ее эмоций.
   - Хорошая история, - равнодушно похвалил Клотов.
   - Вы мне не верите? - обреченным тоном спросила Лиза.
   - Конечно, нет. И суд тоже не поверит.
   - Почему?! Ведь это правда.
   - Тут совсем немного правды.
   - А вы, значит, знаете всю правду?!
   - Я так думаю.
   - Ну, так расскажите мне, зачем мне было нужно убивать Влада! - Раздраженно потребовала Лиза.
   - Он, на самом деле, вас шантажировал.
   - Значит, я не вру?!
   - Я все думал, как вы собирались отвлечь его. Ведь в любом случае, если бы украли ребенка, он бы сказал, кто его увел с рабочего места. Тогда подозрение автоматически легло бы на вас. Вы девушка умная, и не могли не понимать это. Я думаю, вы договорились с мужем, что пофлиртуете с Владом. Однако этого было недостаточно. Чтоб Влад не выдал вас, вы должны были стать любовниками. Поэтому я уверен, что, когда ваш муж воровал ребенка, вы, наверняка, с охранником занимались сексом. В домике охраны есть комната, где этим можно заняться, не рискуя, что об этом узнают те, кто в это время находится в доме. Если бы похищение удалось, Влад бы не выдал вас, потому что он сам женат и не захотел бы навлекать на себя неприятности.
   - Чушь.
   - Я слышал ваш разговор с мужем, в котором он упрекал вас в измене. Наверняка, он имел в виду Влада.
   - Вы меня считаете каким-то монстром.
   - Так оно и есть. Влад догадался, что вы хотели выкрасть ребенка. Он вспомнил, как погибла няня, и предположил, что это вы напичкали ее снотворным. Наверняка, тогда много обсуждали этот несчастный случай, и то, где няня могла пить молоко и сок грейпфрута с миндалем. К вашему сведению, возле трупа охранника нашли закладку, на которой было написано "Червонная дама". Эта закладка выпала из тетради, которую Влад принес вам, надо полагать в обмен на деньги. Тетради не было рядом с убитым, значит вы ее забрали. Я долго думал, какой тетрадью он мог шантажировать вас, и что означают слова "Червонная дама". Я вспомнил, что вы жаловались, что кто-то рылся в ваших журналах. Вы грешили на Колю. Но, надо полагать, это был Влад. Он выкрал тетрадь, пропажу которой вы вначале не заметили.
   Клотов закрыл глаза.
   - Я понимал, что эта тетрадь как-то связана с убийством няни или покушением на Нину Леонидовну, и что "Червонная дама" - это, скорее всего, какое-то название. Я долго думал, и, наконец, понял, что "Червонная дама" - это название коктейля. А в тетради вы писали рецепты коктейлей, которые вы так обожаете. "Червонный" означает "красный", а грейпфрут, который нашли в желудке няни вполне мог быть красным. Поэтому я решил, что Влад выкрал тетрадь с рецептами, чтобы проверить, есть ли среди них коктейль, который выпила Валентина Яковлевна. Он нашел его под названием "Червонная дама", сделал закладку и стал вас шантажировать.
   Лиза не стала ничего отрицать.
   - Вы правы. Почти все так и было. Я не стала об этом говорить, потому что не знала, что вас интересуют подробности. Вначале он шантажировал меня без особого успеха, но потом выкрал тетрадь с рецептами, и сами понимаете, я была вынуждена отдать ему деньги.
   - Но при этом собирались его убить.
   - Что ж ты за человек?! - воскликнула Лиза. - Почему тебе так трудно поверить, что все произошло случайно!
   - Потому что вы всегда занимались реконструкцией площадки, когда затевали преступление. Так было и на этот раз. Вы решили убить охранника еще до того, как он выкрал тетрадь. Для этого вы и придумали навес со смертоносными штырями, поэтому и велели оставить его у забора, в ночь, когда Влад вышел на дежурство. Поэтому вы взяли с собой электрический шокер. И не Влад стал приставать к вам, а, наоборот, вы стали искать примирения и напоминать о прерванных отношениях. Я так и вижу, как вы забираетесь к нему рукой под рубашку, что-то нежно шепчите, гладите грудь, а потом в вашей руке появляется электрошокер.... Он ничего не успевает понять... Вы его толкаете... его на штырь.... Потом забираете тетрадь, деньги... тетрадь... и уходите.... Наверно.... Так... Я знаю....
   Шея Клотова подломилась, и голова, потеряв опору, беспомощно упала на бок. Майор не смог больше бороться со сном.
   Лиза бросила холодный взгляд на замолчавшего милиционера, завела ключом двигатель и тронулась с места. Подъехав к шоссе, она повернула направо, в сторону противоположную городу. Машина быстро набрала скорость и влилась в автомобильный поток.
   Начались сумерки. В левом окне еще озарялось бардовыми всполохами небо, но солнце уже наполовину спряталось за горизонт. Девушка включила габаритные огни.
   Через минуту Лиза повернулась к Клотову, сильно толкнула его в плечо и громко спросила:
   - Андрей, вы меня слышите?!
   От толчка тело майор покачнулось, а голова перевалилась на другое плечо. Он ничего не ответил.
   - Конечно, спишь, - ответила сама себе девушка. - Или еще что-то слышишь?
   Клотов молчал. Его обмякшее тело стало сползать набок.
   Лиза свернула к обочине и остановила машину. Наклонившись к майору, она пристегнула его ремнем безопасности к креслу. Затем девушка взяла ладонью подбородок Клотова и легонько его потрясла. Майор не проснулся.
   Лиза снова выехала на дорогу.
   - Какие все мужчины самоуверенные, - вслух произнесла девушка и с шутливым упреком посмотрела на Клотова. - Если ты меня еще хоть немного слышишь, то мои слова будут тебе хорошим, но, увы, бесполезным уроком. Конечно, ты удивил меня своей проницательностью. Ты - не самый глупый из мужиков. Но ведь и я умею не только совершать ошибки. Ты думал, что удивил меня, когда сказал, что ты - мент?!
   Девушка усмехнулась. Она вела машину и говорила с майором, не зная слышит он ее или нет.
   - Нет. Не удивил. Я заподозрила тебя, когда нашли труп Влада и ты вызвал милицию. Я видела из окна, как отец отдал тебе телефон. Мне показалось странным, что деловой партнер папы из Екатеринбурга в чужом городе вызывает милицию на место преступления. Я поняла, что ты - не тот, за кого себя выдаешь. Мне очень захотелось узнать, кто же ты. Я тайком порылась в твоих вещах, но ничего в них не нашла. Но с другой стороны, в сумке не было ничего такого, что мог взять с собой в дорогу бизнесмен из Екатеринбурга: ни деловых бумаг, ни записной книжки, ни калькулятора, ни обыкновенной ручки. Я решила, что ты - сыщик, которого нанял отец. Ты не похож на людей, с которыми он ведет дела. К тому же, ты всегда сидел у нас дома, почти никуда не отлучался. Да и отец, признаться, - не самый лучший актер, твое присутствие действовало на него, как телевизионная камера. Он вел себя неестественно, это было видно.
   Лиза замолчала. Она уже подъехала к КПП возле ботанического сада. Площадку перед КПП и дорогу освещали яркие фонари. Машины здесь ехали даже медленней, чем предписывали знаки, а инспектора ГИБДД выборочно останавливали автомобили для проверки. Девушка напряглась и даже задержала дыхание.
   Серебристая Камри не заинтересовала никого из них.
   За КПП девушка включила фары, снова набрала скорость и повернула на дорогу, ведущую через перевал к побережью Уссурийского залива. Узкую асфальтовую полосу сразу обступили высокие деревья, сквозь которые были видны желтые окна коттеджей. Скоро огни на сопках исчезли. Вдоль дороги не было фонарей, и только фары встречных и попутных машин освещали трассу, петляющую между сопками.
   - Сегодня, я окончательно поняла, что ты - милиционер, - снова заговорила Лиза. - Когда ты сказал, что прокуратура проведет в доме обыск, я сразу догадалась, что ты блефуешь. Ты намекнул, что на теле Влада нашли следы от электрошока. Легко было понять, чего ты хотел. Ты справедливо решил, что я попытаюсь избавиться от тетради и шокера. Ведь после того, как нашли труп охранника, я не выезжала из дома, а поручить такое дело кому-то я бы, конечно, не рискнула. Поскольку ты меня подозревал, ты напросился мне в попутчики. И мне пришлось прибегнуть к проверенному средству. Ты просто меня вынудил.
   Девушка взглянула на спящего майора, словно выспрашивая оправдания.
   - Я угостила тебя "Червонной дамой". Состав и название коктейля я придумала сама. Красивое название, согласись?! Ты нелестно отозвался о коктейле, но справедливости ради, мог бы и признаться, что он хорошо маскирует горечь снотворного. Для тебя я таблеток не пожалела, растолкла все, что оставалось, а это почти в два раза больше, чем досталось Валентине Яковлевне. Кстати, ты помог мне избавиться от остатков снотворного. Когда ты выпил коктейль, я уже была уверена, что ты не сможешь помешать мне избавиться от улик.... Зря. Зря ты начал этот откровенный разговор. Лучше бы ты просто уснул. Я всего-то хотела выбросить тетрадь и электрошокер, обыскать тебя, и узнать по документам, кто ты есть на самом деле. Теперь уже нельзя этим ограничиться. Ты знаешь слишком много, и ты не согласишься помочь мне. А жаль.
   Тем временем серебристая Камри миновала перевал и спустилась в низину. Скоро извилистая дорога вынырнула из леса на открытое пространство. Впереди замаячили огни Шаморы. В конце сентября знаменитый пляж Владивостока еще не пустовал, и Лиза с тревогой заметила, что пост ГИБДД на перекрестке шаморовской и горностаевской дорог еще не был снят.
   Обычно в это время года пост на Шаморе сворачивался, но, видимо, из-за теплой погоды на пляже еще не перевелись отдыхающие, и инспектора ГИБДД и ДПС продолжали дежурить, отлавливая нетрезвых водителей.
   Лиза снизила скорость до сорока километров в час, и включила сигнал правого поворота. Ей нужна была не Шамора, а горностаевская дорога, которая вела вдоль берега Уссурийского залива обратно во Владивосток.
   Над будкой КПП ярко светил фонарь. Один инспектор ГИБДД стоял возле белой иномарки и изучал водительские документы, другой прогуливался по краю дороги.
   Лиза скрестила пальцы, надеясь, что ее серебристая Камри не заинтересует инспектора.
   Однако добросовестный милиционер взмахнул полосатым жезлом, приказывая остановиться. Девушка свернула на горностаевскую дорогу и прижалась к обочине.
   Она с беспокойством взглянула на Клотова. Тот крепко спал.
   Глубоко вздохнув, Лиза согнала с лица признаки беспокойства, улыбнулась, взяла с заднего сиденья сумочку и вылезла из машины.
   Молодой инспектор лениво подошел к машине. Он небрежно поздоровался, представился и попросил документы. Лиза улыбнулась своей самой обворожительной улыбкой, и отдала милиционеру документы на машину и водительское удостоверение. Человек в форме с любопытством посмотрел на девушку, тоже улыбнулся в ответ, и включил фонарик. Луч света поблуждал по бумагам и потух. Инспектор наклонился и заглянул в салон машины.
   - Кто это? - строго спросил он.
   - Мой друг.
   Инспектор понимающе улыбнулся.
   - Спит?
   - Да. Мы едем из гостей. Он немного выпил.
   - А вы?
   - Я не пила.
   Молодой человек внимательно посмотрел на Лизу.
   - Почему едете этой дорогой?
   - Мы снимаем квартиру на Тихой. Этой дорогой получается быстрее, - нет пробок.
   Инспектор кивнул, словно услышал правильный ответ.
   Он еще раз наклонился и взглянул на майора. Затем попрощался и отдал девушке документы.
   - До свидания, - сказала Лиза и неторопливо села в машину.
   Захлопнув дверцу, она с облегчением вздохнула, посмотрела в зеркало на удаляющуюся фигуру инспектора и завела двигатель.
   Аккуратно выехав на дорогу, словно не желая тревожить сон "своего друга", девушка плавно нажала на педаль газа.
   Когда сердце в груди девушки, наконец, успокоилось, она снова заговорила:
   - Ну, вот видишь, мне тоже иногда везет. Если бы этот парень захотел познакомиться с тобой поближе, ты бы попросил его надеть на меня наручники. Хотя, что я говорю?! Чтобы привести тебя в чувство потребуется целые сутки и килограмм активированного угля.
   На горностаевской дороге было еще меньше автомобилей. Маячившие впереди два красных огонька указывали Лизе на приближающиеся повороты. Сноп света от фар освещал асфальтовую полосу впереди Камри и призрачный лес на сопках. Встречные машины иногда ослепляли девушку дальним светом. Те, кто ехал во Владивосток, отвечали нахалам ответным огнем.
   - У моей подруги был период, когда она хотела наложить на себя руки. Были проблемы в личной жизни, - парень бросил, родители развелись. Отец отвалил к молоденькой со всеми деньгами. Подружка привыкла ни в чем себе не отказывать, а тут стало нечем даже заплатить за учебу. Она изнервничалась, и подсела на снотворное, как раз то, что я тебе дала, - Лиза говорила вслух, хотя ее никто не слушал, потому что так ей было легче побороть страх, который усиливался с приближением ночи и того места, куда она направлялась. - Ей хватило ума не увлечься наркотиками, но транквилизаторы она принимала регулярно. Однажды, когда ей было совсем плохо, она решилась. Выпила зараз весь запас своего снотворного. Одна таблетка действует успокаивающе, вызывая сон, а большое количество посылает в нокаут. Когда лекарство стало действовать, подружка одумалась и решила вызвать скорую помощь. Но не тут то было. Она попыталась встать с кровати, но рухнула на пол без сознания. Когда она приходила в себя она пыталась доползти до тумбы с телефоном, но не могла пошевелить ни рукой, ни ногой. Самое большее, что у нее получалась - это шевелить пальцами. Мать была в отъезде и не могла ей помочь. Когда, наконец, подружка доползла до телефона и вызвала скорую, оказалось, что прошло сорок часов. Но даже после этого она не смогла открыть дверь, и железную дверь пришлось ломать спасателям. Вот такая познавательная история. Понимаешь, куда я клоню?
   Лиза вопрошающе посмотрела на беспомощного майора.
   - Ты выпил снотворного столько же сколько она. Теперь ты беззащитнее новорожденного ребенка.
   Тем временем, девушка приехала к намеченному месту. Это была почти незаметная грунтовая дорога, которая вела через лес к морю. Серебристая Камри резко сбросила скорость и свернула с асфальта на узкую грунтовку. Машину закачало на кочках и ямках. Брюхо автомобиля стало со скрежетом цепляться за камни и землю. Разбитую дорогу плотно обступили деревья и густой подлесок. Свет фар скользил по стволам, изогнутым ветвям и осенней увядающей листве, отбрасывая страшные тени. При любых других обстоятельствах, Лиза с ужасом умчалась бы прочь.
   Она несколько раз была в этом месте на пикниках. Но днем приморский лес выглядел сказочно, а ночью мог напугать даже мужчину. Что говорить о слабой женщине.
   Лиза ехала медленно, но в сложных местах нажимала на газ, чтобы не забуксовать или не сесть на брюхо. Постепенно дорога пошла под уклон. Кусты противно цеплялись за борта машины, заставляя девушку вздрагивать. Наконец, деревья расступились и впереди показалось море. Фары осветили живую черную массу воды, взбивающую у берега узкую полосу из белой пены. Море было спокойным. В этой бухте не было песчаного пляжа. Лес почти вплотную подходил к галечному берегу.
   Когда-то в этом месте начали возводить базу отдыха. Строительство много лет назад прекратили и пока что не собирались возобновлять. О грандиозных планах строителей напоминало возвышающееся на холме двухэтажное кирпичное здание без окон и крыши. Проект забросили в самом его начале, но успели сколотить на берегу короткий деревянный пирс, вероятно, для катеров и яхт. Море в бухте было глубоким. Пирс стоял на толстых деревянных сваях, а настил из досок тянулся к самому лесу, чтобы машины не буксовали на гальке.
   Лиза аккуратно заехала на старый пирс. Доски под тяжестью машины просели и угрожающе заскрипели. Остановившись на конце пирса, девушка выключила фары и двигатель.
   Темнота и тишина физически ощущаемой тяжестью навалились на Лизу. Она открыла дверь. Размеренное шуршание волн подействовало на нее успокаивающе. Вместе с открывшейся дверью в салоне зажегся свет. Лиза протянула руку к выключателю и перевела его на "off". Свет погас.
   Девушка не собиралась здесь задерживаться. Мало ли кто мог находиться где-нибудь поблизости.
   Она вышла из машины.
   Морской воздух и легкий ветерок освежил её лёгкие и горящее от волнения лицо.
   На небе висела четвертинка луны, серебря колыхающуюся поверхность Уссурийского залива. Если на берегу бухты были люди, увидевшие машину, они, наверняка, должны были подумать, что это приехала порезвиться на природе парочка влюбленных. Вряд ли они могли разглядеть из-за темноты то, что происходило на пирсе на самом деле. Разве что, если бы любопытство заставило их подойти ближе.
   Девушка осторожно обошла машину, проверяя каждый шаг, чтобы не оступиться и не упасть в воду. Оказавшись на противоположной стороне пирса, Лиза широко распахнула дверцу автомобиля, наклонилась к Клотову и расстегнула ремень безопасности, придерживающий свесившееся набок тело майора. Она едва успела подхватить Клотова и затолкать его обратно в машину. Переведя дыхание, девушка оперлась коленом на край сиденья и стала раздевать майора. Вначале она стащила с Клотова рубашку, и бросила ее на заднее сиденье. Расслабленное и тяжелое тело майора было непослушным, и Лизе пришлось призвать на помощь все свои силы. Расстегнув ремень на джинсах Клотова, девушка вспомнила, что не сняла туфли. Она выставила ноги майора на пирс, сняла с него туфли и носки, и тоже закинула их в машину. Потом она ухватилась за штанины и стала стягивать с Клотова брюки. Это оказалось самым тяжелым, потому что тело майора стало сползать с кресла. Когда брюки оказались у девушки в руках, Клотов наполовину лежал на пирсе, и только верхняя часть его туловища еще опиралась на сиденье и порог машины. Лиза подняла вывалившиеся на пирс ключи и бумажник, запихнула их назад в карман брюк и, свернув, забросила весь ком в салон.
   Наклонившись, она расстегнула браслет на руке Клотова и сняла часы. На майоре остались только трусы. Бросив часы в машину, Лиза оглядела беспомощного человека.
   - Отлив должен отнести тебя на глубину, - пробормотала она. - Когда тебя выловят, ты разбухнешь и будешь мало похож на себя. Даже, если тебя опознают, то лишь посочувствуют. Нельзя купаться одному в такой холодной воде.
   Лиза взяла Клотова под мышки и подтащила к краю пирса. Полтора метра расстояния дались ей с большим трудом. Один раз она даже не удержалась на ногах и упала на мягкое тело майора.
   - Прости, - прошептала она, с тревогой оглядываясь на безлюдный берег. - Ты - очень тяжелый.
   Положив Клотова на край пирса, она просунула руки под его тело, и в последний раз взглянула на его безмятежное лицо.
   Лиза знала, что, если майор, упав в холодную воду, все-таки очнется, он все равно уже не сможет спастись. Руки и ноги откажутся ему подчиняться, а глубина в этом месте было больше двух метров. На мгновение ей стало жалко самонадеянного милиционера.
   "Что я делаю?!" - ужаснулась она.
   Лиза почувствовала дрожь в ногах.
   Не позволяя сердцу размякнуть, она крепко сжала зубы, напрягла мускулы, и рывком столкнула Клотова с пирса. Тело майора полетело вниз и с громким плеском упало в воду. Над Клотовым взметнулся прощальный салют из соленых брызг. Несколько холодных капель упали девушке на лицо и руки.
   Когда растаял водоворот из поднятой пены, Лиза увидела, как светлое пятно, в которое превратился майор Клотов, быстро исчезло на глубине и растворилось в черной воде.
   - Теперь ничего нельзя изменить, - прошептала девушка, и со страхом оглянулась на угрюмый берег.
   Ей показалось, что где-то совсем близко, за занавесом из непроницаемой темноты, прозвучал негодующий человеческий крик. Лиза вздрогнула. Озноб, словно электрический ток, пронзил ее тело, и заставил сжаться. Лиза почувствовала, что теряет самообладание.
   Но берег хранил безучастное молчание. Волны монотонно накатывались на гальку, морской бриз стряхивал с ветвей отмирающую листву. В природе царило спокойствие. Море и деревья, ставшие невольными свидетелями свершившегося преступления, сделали вид, что ничего не произошло, но девушке почему-то казалось, что кто-то строгий и справедливый, как сам господь Бог смотрит на нее из пугающей темноты и обречено качает головой.
   Не в силах побороть свой безотчетный страх, Лиза обежала машину и села за руль. Заблокировав двери, словно к ней могли ворваться, девушка дрожащей рукой завела двигатель и включила заднюю передачу. Обернувшись, Лиза резко сдала назад, рискуя свалиться с пирса. Тусклый задний свет плохо освещал пространство за машиной, и в десяти метрах от багажника ничего нельзя было различить. Лизе стало по настоящему страшно. Даже той ночью, когда Влад, пронзенный металлическим прутом, умер у нее на глазах, ей не было так страшно. Кровь бешено пульсировала у нее в висках, отдаваясь оглушающим эхом в ушах. Неудачно развернувшись на берегу, машина зацепила задним бампером за молодое деревце, яростно взрыла колесами почву и помчалась в гору, с силой ударяясь "брюхом" о неровности дороги.
   Только выехав из леса на асфальтированную дорогу, Лиза справилась с охватившим ее паническим страхом.
  
  
  
   Глава 13.
  
  
   УАЗ прокуратуры в очередной раз тронулся с места и, проехав около ста метров, вновь остановился на обочине дороги. Водитель заглушил двигатель, взял с пассажирского сиденья отложенную газету и продолжил прерванное чтение. За спиной водителя сидели, нервничая от безделья, следователь Варенцов и эксперт краевого экспертно-криминалистического отдела Николай Бычков. Последние двадцать минут они молчали и чаще обычного посматривали в окно.
   Горностаевская дорога была пустынной. С обеих сторон ее окружали невысокие сопки, покрытые желто-красным лесом. С правой стороны от машины, склон незначительно поднимался вверх, с левой - полого спускался к морю. Следователь и эксперт смотрели направо, туда, где четверо призванных на помощь прокуратуре сотрудников РУВД, медленно прочесывали лес. Самый ближний из них шел в десяти метрах от дороги, обследуя взглядом пожухлую траву, самый дальний мелькал в семидесяти метрах от дороги, то, пропадая, то, появляясь между стволами деревьев. Если б не милицейская форма, эти четверо могли сойти за грибников, поскольку их интересовало то, что находилось у них под ногами.
   Полноватый и розовощекий эксперт нетерпеливо ерзал на сиденье. Ему была не по душе предпринятая поездка. Он нервничал, потому что не верил в благоприятный исход, задуманного дела. Бычков был трудоголиком, и всегда переживал, когда приходилось терять драгоценное время. В этот момент он думал о том, что Варенцов мог на первом этапе обойтись и без него, и послать за ним машину в случае, если найдет что-нибудь интересное. Однако, то ли следователь был абсолютно уверен в результативности поисков, то ли хотел сэкономить время и казенный бензин, поскольку путь от центра города до этого места было совсем не близким.
   - Послушай, Женя, - наконец не выдержал Бычков. - Почему ты так уверен, что она спрятала улики именно здесь? Мы уже обшарили два километра леса вдоль дороги, потратили на это полтора часа, но ничего до сих пор не нашли.
   - На машине два километра можно проехать за одну минуту, - рассудительно заметил Варенцов.
   Эксперту это замечание показалось забавным.
   - Ну, а если она ехала десять минут, и лишь потом решила избавиться от улик?! Тогда мы будем еще два дня ползти по этой дороге, пока не доберемся до Владивостока!
   - Тут места достаточно безлюдные, - невозмутимо пояснил Варенцов. - Уже через пару километров вдоль дороги станут появляться строения, огороды. Там - больше людей, меньше деревьев, во многих местах дорога окружена крутыми склонами. Там гораздо меньше удобных мест, чтоб спрятать улики.
   Бычков пожал плечами.
   - Если ей были нужны безлюдные места, то она могла поехать не по этой дороге, а через Шамору. Расстояние до ее дома по той дороге короче, а леса и удобных мест, чтобы спрятать улики - там предостаточно.
   - Той дорогой она не могла поехать, - уверенно заявил следователь. - Через Шамору она ехала, когда была с Клотовым. Ее останавливал инспектор ГИБДД, который видел, что Лиза была не одна. Если бы она попыталась вернуться той же дорогой, инспектор мог снова ее остановить, и тогда ей пришлось бы объяснять, куда делся Клотов.
   - Ну, хорошо, - согласился эксперт. - Возвращаться через Шамору ей было рискованно. Но почему мы ищем только справа от дороги и почему не идем дальше в лес?
   - Ты не забывай, что дело было ночью, - напомнил следователь. - Напуганная женщина..., а она, наверняка, была напугана, ведь мы имеем дело с обычным человеком, и она не могла не чувствовать элементарный страх, ... так вот, напуганная женщина не стала бы разгуливать ночью по лесу. Представь, каково здесь ночью. И мужику станет жутко.... Мы не ищем на левой стороне дороги по двум причинам: потому что у нас недостаточно для этого людей и времени, а так же, потому что Лиза, скорее всего, спрятала улики справа от дороги. По правилам дорожного движения она должна была остановить машину на правой обочине. У ее Камри водительское сиденье тоже справа. Значит, выйдя из машины, она оказалась в одном шаге от леса. Зачем ей переходить дорогу? И на этой стороне хватает удобных мест. Ну, сам посуди, ты бы пошел на ту сторону?
   - Наверно, нет.
   - А женщина, наверняка - нет. По той же самой причине мы ищем недалеко от дороги. Представь себе: темная ночь, лес, заросший кустарником, и современная женщина, возможно, на каблуках. Станет она тащиться далеко в лес, оставив на пустынной дороге машину?! Сомневаюсь.
   - Но ей надо было надежно спрятать улики. Для этого можно было набраться смелости и отойти подальше.
   - Не думаю. Она ведь не предполагала, что кто-то будет искать то, что она спрячет. Опасаться того, что улики найдет случайный человек, ей не стоило. Что с того? Сейчас почти никто не обращается с находками в милицию.
   - Может быть. В конце концов, если ты прав, мы найдем улики.
   -Главное, чтоб ребята добросовестно искали, - озабочено заметил Варенцов.
   После этого короткого разговора сослуживцы опять замолчали.
   Когда машина прокуратуры проехала рывками еще около километра, Бычков, сидевший у правого окна, встрепенулся, словно проснувшаяся птица, и воскликнул:
   - Кажется, нас зовут.
   Варенцов наклонился к окну.
   Милиционер, который был ближе всех к дороге, махал сидящим в машине рукой, приглашая выйти.
   - Пойдем, посмотрим, - оживился Варенцов.
   Бычков открыл дверцу и спрыгнул на землю. Следом за ним, сгорая от нетерпения, вылез следователь.
   - Что там? - крикнул он милиционеру.
   - Петров что-то нашел. Зовет вас.
   Бычков и Варенцов перепрыгнули через узкую канаву между дорогой и лесом, и пошли туда, где уже стояли, собравшись в кучу, трое других милиционеров. Бычков выбирал тропинки, по которым было легче идти, - где было меньше кустов и ровнее склон; следователь шел напрямую, раздвигая руками кусты и цепляясь одеждой за ветки. Поэтому он первым добрался до нужного места.
   Много лет назад Лазурное лесничество проводило в этом районе санитарную рубку леса. Гнилые и старые деревья были свалены, распилены на части, и аккуратно сложены в штабеля. В одном из таких из штабелей сержант Петров нашел что-то интересное.
   - Ну, что тут? - нетерпеливо спросил Варенцов, подойдя к коллегам.
   Ответил Петров:
   - Я проходил мимо и заметил сгнившую кору возле кучи.
   Он показал на землю, где, действительно, лежали куски коры, отвалившиеся от старого дерева.
   - Я поднял палку, на которой не было коры, и увидел под ней вещи.
   Петров подошел к штабелю и поднял за один конец толстую палку, лежащую сверху. Из образовавшейся щели выглянул край одежды. Ткань была новая, не испорченная сыростью и насекомыми. Сразу было видно, что вещь спрятали здесь совсем недавно.
   - Отлично. Это его рубашка, - удовлетворенно заметил следователь.
   - Что?! Нашли?! - спросил Бычков, подойдя к милиционерам.
   - Да. Вероятно, улики спрятаны в этой куче.
   - Отлично. Теперь можно поработать, - сказал эксперт, снимая с плеча фотоаппарат. - Попроси кого-нибудь принести из машины мой чемоданчик.
   Через полчаса с соблюдением всех правил в присутствии двух понятых, машину которых остановили на дороге, из тайника были извлечены следующие вещи: пара туфель и носков, синие джинсы, в кармане которых была найдена связка ключей, и серая шерстяная рубашка.
   После более внимательного осмотра в штабеле было найдено еще два тайника. В одном лежал кожаный бумажник с деньгами и документами на имя Андрея Клотова, в другом - обыкновенная толстая тетрадь, на обложке которой было написано розовым маркером "Рецепты".
   - Надо еще поискать, - попросил своих помощников Варенцов. - Возможно, где-то поблизости спрятаны другие вещи.
   - Ищем что-то конкретное? - поинтересовался один из милиционеров.
   - Электрошокер, - пояснил следователь.
   - Какого он цвета?
   - Вот этого я не знаю.
   Все отправились на поиски.
   Уже через минуту один из милиционеров позвал Варенцова.
   На его зов собрались все.
   - Часы, - сказал милиционер и указал пальцем на свою находку.
   Следователь сел на корточки.
   Массивные часы с синим циферблатом и серебристым браслетом лежали на земле, словно их кто-то обронил.
   - Это - ЕГО часы, - сказал Варенцов. - Видимо их не прятали, а просто выбросили подальше.
   Следователь встал.
   - Отсюда до штабеля всего двадцать метров, - прикинул он. - Женщина не смогла бы бросить дальше. Электрошокер тяжелее часов, если его тоже выбросили, тогда он должен лежать где-то поблизости, в радиусе двадцати метров от кучи. В одну сторону с часами его бы не стали бросать, в сторону дороги - тоже. Вероятнее всего, искать надо там.
   Варенцов указал направление для поисков.
   Бычков с понятыми остались возле часов, а следователь с милиционерами продолжили поиски.
   Очень скоро они нашли то, что искали. Скрытый наполовину опавшей листвой у ствола дерева лежал серебристый приборчик, в котором милиционеры сразу распознали электрошокер.
  
  
  
   Глава 14.
  
   Спустя два дня к дому Олега Колосова на улице Полетаева подъехала служебная машина. Было лишь десять часов утра. Заступивший на дежурство охранник подошел к окну и стал с интересом рассматривать гостей. В последние дни следователь прокуратуры Варенцов регулярно наведывался сюда, но на этот раз людей было больше.
   Из УАЗа прокуратуры вылез уже примелькавшийся следователь Варенцов со своим потертым портфелем. Пока он поправлял галстук и приглаживал зачесанные на бок волосы, из УАЗа выпрыгнули еще трое человек. Сотрудники прокуроры были в костюмах, и только круглолицый эксперт с чемоданчиком надел в это утро обыкновенный свитер.
   Все четверо, ни о чем не договариваясь, молча подошли к воротам.
   Охранник, не дожидаясь объяснений, включил электромеханизм, и ворота отползли в сторону, пропустив гостей.
   Закрыв ворота, охранник спустился вниз и увидел, что гости уже подошли к дому. Охранник быстрым шагом догнал их, но не стал ни о чем спрашивать, понимая, что люди пришли по официальному делу.
   В холле следователь и его спутники остановились.
   - Позовите хозяев, - попросил охранника Варенцов.
   Однако этого не потребовалось, потому что на площадке второго этажа появилась Светлана Колосова. При виде незваных гостей лицо хозяйки изменилось и словно покрылось воском. Она догадалась, что очередной визит следователя прокуратуры - особенный.
   - Доброе утро, - волнуясь, произнесла Светлана.
   - Здравствуйте, - сухо отозвался Варенцов и расстегнул замок на портфеле.
   Пока Светлана спускалась по лестнице, он достал из портфеля какие-то бумаги. Предъявив их хозяйке, следователь официальным тоном пояснил:
   - Это - постановления на проведение в вашем доме обыска, и на арест лиц, подозреваемых в совершении тяжких преступлений.
   Изумленная Светлана взяла в руки листки, но даже не заглянула в них, а лишь тихо спросила:
   - Кого вы имеете в виду?
   - Елизавету и Валерия Рогозиных.
   Лицо Светланы стало совсем белым.
   - Лиза?! - удивленно переспросила она.
   - Валерий Рогозин уже арестован, - уточнил следователь.
   Через двадцать минут из ворот дома вышла Лиза и Варенцов. На девушке была надета простая серая кофточка и джинсы. Ее лицо было бледным, но спокойным. Руки были скованы наручниками. Девушка и следователь перешли дорогу и сели в УАЗ.
   Машина сразу тронулась с места, развернулась и поехала в сторону шоссе.
   Через пол часа УАЗ вернулся и снова остановился напротив ворот, ожидая остальных сотрудников прокуратуры.
  
   Лизе предъявили обвинение, после чего она провела в изоляторе временного содержания пять часов. Потом к ней пришел милиционер и отвез в прокуратуру на допрос к следователю Варенцову.
   Варенцов сидел в своем кабинете за широким письменным столом. Прямо перед ним лежала раскрытая папка. Все остальное место на столе было занято несметным количеством еще не подшитых к делу бумаг. Следователь выглядел усталым.
   Он неприветливо посмотрел на Лизу, и официальным тоном сказал:
   - Садитесь.
   Девушка послушно села на стул, и сложила руки на коленях. Варенцов равнодушно посмотрел на узкие девичьи запястья, на которых наручники уже оставили несколько сочных синяков.
   - Я должен предупредить, что наш разговор записывается на магнитофон, - сообщил следователь.
   Лиза молчала.
   - Вам уже предъявлено официальное обвинение. Напомню, что вы имеете право на защиту. Но, насколько мне известно, пока что вы отказываетесь от услуг адвоката.
   - Я надеюсь, что он мне не понадобиться, - с легкой хрипотцой произнесла девушка и прокашлялась, чтобы восстановить голос. - Поскольку обвинения не подтверждены фактами, я рассчитываю, что меня скоро освободят.
   Варенцов усмехнулся.
   - Насчет фактов у вас неверное представление. Адвокат вам понадобится. Но думаю, вы мало что потеряете, отказавшись от его помощи. Самый лучший адвокат не поможет вам больше, чем обыкновенное чистосердечное признание.
   - Не надо меня лечить, - спокойно попросила Лиза. - Я знаю, что меня обвиняют в убийстве Валентины Яковлевны и Влада. Может быть, вы, наконец, объясните, какие факты, дают вам право делать такие заявления?
   - К сожалению, факты подтверждают не только это, но и то, что вы совершили или пытались совершить третье убийство.
   Девушка пренебрежительно усмехнулась.
   - О ком это вы?
   - Речь идет о сотруднике милиции.
   - Майор Клотов?! Его вы тоже хотите повесить на меня?
   Варенцов взял в руки одну из бумажек.
   - Напомню, что позавчера вы мне сообщили, что в понедельник вечером вы отвезли майора Клотова, который выдавал себя за компаньона вашего отца по бизнесу, в город и высадили его по его собственной просьбе на остановке Универсам на Второй Речке. Я верно излагаю?
   - Абсолютно.
   - Затем вы около часа ходили по рынку и торговому центру Универсам. После чего вернулись домой. Правильно?
   - Да.
   - Больше вы никуда не заезжали?
   - Никуда.
   - Как вы тогда объясните то, что трое свидетелей утверждают, что вас не было дома более двух часов?
   Лиза задумалась.
   - Я совсем забыла. Я ездила в супермаркет... на Эгершельд... за приправой.
   - Так далеко?!
   - Это - очень редкая приправа к мясу.
   - Понятно. А как вы объясните то, что вернулись домой без покупок?
   Девушка ответила не сразу.
   - Я оставила их в машине. А утром занесла в дом. Поэтому никто не видел.
   - Ничего не испортилось за ночь?
   - Там были, в основном, фрукты.
   Лицо Варенцова было непроницаемым.
   - Значит, вы не могли быть в понедельник вечером на Шаморе? - неожиданно спросил он.
   На этот раз Лиза еще дольше думала перед тем, как ответить.
   - Я не была там.
   Следователь был невозмутим, словно задавал обычные само собой разумеющиеся вопросы.
   - Мы описали вас и вашу машину инспекторам ГИБДД на шаморовском КПП. Один из инспекторов вспомнил вас. Он утверждает, что в понедельник вечером вы ехали вместе со своим другом в сторону города.
   - Он что-то путает.
   - А, если мы покажем ему вашу фотографию, и он подтвердит свои показания?
   - Любой человек может обознаться. И, вообще, мне непонятны ваши вопросы! Вы что?! Пытаетесь сфабриковать против меня дело?! С какой стати вам понадобилась опрашивать гаишников на шаморовской дороге? Почему именно там, а не в Артеме или в каком-нибудь другом месте?
   - Резонный вопрос.
   Следователь выдвинул ящик стола, достал из него небольшой пакет, в котором лежало красное удостоверение, и положил его перед собой.
   - Это удостоверение нашли во вторник на берегу моря недалеко от горностаевской дороги. Его нашел пенсионер, бывший сотрудник УВД, который приехал туда отдохнуть. К счастью, он не поленился сообщить нам о своей находке. Удостоверение лежало в очень интересном месте - на пирсе возле строящегося дома отдыха. Догадываетесь, чье это удостоверение?
   - Чье?
   - Майора Клотова.
   - Ну и что?
   - Поэтому я и спрашиваю, может быть, Клотов попросил вас довезти его не до остановки Вторая речка, а гораздо дальше, например, до того места, где нашли удостоверение?
   Следователь устремил на девушку холодный и пристальный взгляд.
   - Не заставляйте меня повторять. Я уже сказала, что высадила вашего майора на остановке. Мне совершенно неизвестно, куда он пропал. А свое удостоверение он мог потерять там еще месяц назад.
   - Значит, вам незнакомо место, которое я вам описал?
   - Не знаю. Может быть, я и была там когда-нибудь.
   - Но за прошедшую неделю точно не были?
   - Не была.
   Варенцов выудил из документов, лежащих на столе, несколько неприметных бумажек.
   - Это - предварительные данные экспертизы, - объяснил он. - Возле места, где нашли удостоверение майора Клотова, обнаружены свежие следы колес вашей машины. Там же растет деревце, на котором остались следы краски с бампера вашей машины. Соответственно, и на самом бампере были обнаружены характерные царапины. Кроме этих, есть и другие свидетельства того, что вы совсем недавно были в интересующим нас месте.
   Следователь вопрошающе посмотрел на Лизу.
   - Я вижу, вы так искусно подтасовали факты, что мне, действительно, не обойтись без адвоката, - сказала она.
   - Это - ваше право. Но вам все равно придется объяснить, зачем вы привезли майора Клотова в это уединенное место. Между прочим, инспектор ГИБДД сообщил, что человек в вашей машине спал. Может быть, Клотов был уже мертв к тому времени?
   - Я похожа на сумасшедшую, которая разъезжает с трупом на переднем сиденье? Разумней было бы спрятать труп в багажнике.
   Варенцов улыбнулся.
   - Вот и инспектор сказал, что человек сидел именно на переднем сиденье, - заметил он. - Как это понимать? Вы не отрицаете, что были на Шаморе вместе с майором Клотовым?
   Лиза поджала губы.
   - Я не буду продолжать разговор без адвоката.
   - Ну, хорошо, - согласился Варенцов. - А я, с вашего позволения, еще немного поговорю.... Вы уже поняли, что у нас есть все основания считать, что вы убили майора Клотова и отвезли его в безлюдное место на берегу моря, для того, чтобы избавиться от трупа. Поскольку вы - не первый человек, который выбросил труп в море, мы предположили, что вы предварительно его раздели, чтобы тело было труднее опознать. Само собой, вещи убитого вы должны были либо уничтожить, либо выкинуть....
   Следователь сделал паузу и внимательно посмотрел на Лизу.
   Девушка побледнела.
   - ...Поэтому мы обследовали лес, прилегающий к дороге, от места, где было обнаружено удостоверение и дальше вдоль горностаевской трассы в направлении Владивостока. Через три километра мы нашли, то, что рассчитывали найти. В настоящее время эти вещественные доказательства изучают эксперты. Но уже установлено, что найденные вещи принадлежат Клотову, и именно в этой одежде он уехал с вами из дома вашего отца.
   Лиза опустила голову и сдвинула брови.
   - Недалеко от одежды были обнаружены еще четыре важных вещественных доказательства, - продолжал Варенцов. - А именно: бумажник с документами майора Клотова, его часы, тетрадь с рецептами коктейлей, заполненная вашим почерком, и так называемый "электрошок". На всех вещах найдены ваши отпечатки. Кстати, ожоги от электрического шокера мы ранее обнаружили на теле Влада. Так что, как вы сами убедились, обвинения в убийствах совсем не безосновательны. Фактов достаточно. И я повторюсь, что самый опытный адвокат, не поможет вам больше, чем чистосердечное признание.
   - Посмотрим, - огрызнулась Лиза.
   - Если у вас после сказанного еще остаются какие-то иллюзии, я их постараюсь окончательно развеять.... Вместе с вами задержан ваш муж, Валерий Рогозин. В настоящий момент он дал показания, которые подтверждают, что вы виновны в смерти Валентины Яковлевны Титовой, и то, что вы предпринимали попытки выкрасть вашего младшего брата и потребовать за него выкуп.
   - Вы лжете! Он не мог такого сказать! - не сдержалась девушка.
   - Увы, смог. И нам даже не пришлось его долго уговаривать. Дело в том, что ваш муж виновен только в случайном убийстве и, учитывая его раскаяние и чистосердечное признание, получит лишь условный срок. Если же он будет лгать и выгораживать вас, то у суда появятся причины, чтобы не быть снисходительным. К тому же, должен отметить от себя лично, что Валера не горит желанием вас защищать. Видимо, события последних месяцев сильно изменили его отношение к вам. Милая талантливая девушка превратилась на его глазах в жестокое чудовище. После того, как он узнал, как вы хладнокровно убили Влада, и, что сделали с Клотовым, он не собирается вас выгораживать.
   - Червяк, - презрительно произнесла Лиза.
  
  
  
   Глава 15.
  
  
   Через пять дней Лиза сделала чистосердечное признание.
   Неизбежность наказания, длинные "проповеди" Варенцова и пессимизм адвоката способствовали ее запоздалому раскаянию.
   Заключение в следственном изоляторе сломило Лизу. Она сильно похудела и осунулась. С ее лица исчезла улыбка, кожа приняла оттенок бетонных стен, а голос стал сиплым и тихим.
   - Ну, и сколько мне дадут теперь, когда я написала признание? - Обречено и почти без интереса спросила она у следователя. - Сколько дают за три убийства? Сейчас самый подходящий случай, чтобы сказать, что вы меня обманули, и мне не стоит ждать снисхождения от суда.
   Следователь отложил в сторону листы бумаги, исписанные размашистым, но красивым почерком. Он прочитал признание и нашел его, действительно, чистосердечным и соответствующим устному заявлению, которое в начале допроса было записано на магнитофон. Не зря они с Лизой корпели над текстом признания полтора часа. Варенцов не хотел упускать своего шанса и уделил внимание всем деталям. Ведь Лиза могла впоследствии отказаться от своих слов.
   - Каким будет наказание, решит суд. Но теперь, когда вы сделали этот важный шаг, - следователь указал на листки с признанием, - наказание, которое вас ожидало, значительно смягчилось.
   - Или судья - ваш друг, или вы заблуждаетесь и зря обнадеживаете меня. Неужели, чистосердечное признание сейчас так ценится?!
   - Конечно. Но не только оно....
   Варенцов о чем-то вспомнил, снял с телефона трубку и несколько раз крутанул телефонный диск.
   - Мы закончили, - доложил он.
   Положив трубку на аппарат, он вернулся к разговору:
   - Убийство Валентины Яковлевны суд, скорее всего, признает случайным. Вероятно, приговор суда по данному преступлению будет относительно мягким. Намного серьезнее дело обстоит с убийством охранника. Тут уже возникает рецидив, и присутствует умысел. Единственное, на что вы можете уповать, - это на то, что ваше чистосердечное признание повлияет на приговор суда.
   В голосе Варенцова не прозвучала та уверенность, которую хотела бы услышать Лиза.
   - Самое тяжкое для вас обвинение - это обвинение в убийстве сотрудника милиции. Вы в нем признались, и есть множество других свидетельств того, что вы виновны в этом преступлении. Но поскольку труп майора Клотова не был найден, неизвестно как обернется....
   За спиной девушки скрипнула отворившаяся дверь.
   - Одним словом, - подытожил Варенцов, - обвинение в убийстве и обвинение в покушении на убийство - это две совсем разные вещи. Я думаю, майор Клотов со мной согласится.
   Лиза вздрогнула и обернулась.
   В дверях кабинета стоял воскресший Клотов.
   - Здравствуйте, - с улыбкой произнес он.
   Девушка отшатнулась. Оживший покойник напугал ее и лишил дара речи.
   Клотов прошел мимо девушки и остановился возле Варенцова.
   - Ну, что? Поговорите без меня? - спросил следователь, поднимаясь со стула.
   - Я думаю, наш разговор не затянется.
   - Все равно, я прогуляюсь. Устал сидеть.
   Варенцов вышел из кабинета, а майор занял его место за столом.
   Лиза и Клотов встретились взглядами. Майор смотрел на девушку с легкой усмешкой, понимая, что его воскрешение стало для Лизы полной неожиданностью. Догадаться, что означал взгляд девушки, было сложнее. В нем было и удивление, и смятение, и даже облегчение.
   - Не ожидали меня увидеть? - спросил Клотов.
   Он хотел что-то добавить, но закашлял и прикрыл кулаком рот.
   Откашлявшись, майор пожаловался:
   - Вот, благодаря вам, заработал бронхит. Вода в конце сентября, знаете, не теплая, - градусов тринадцать не больше.
   - Вы живы, - словно желая окончательно в этом убедиться, произнесла Лиза.
   - Слава Богу. Хотя вы почти не оставили мне шансов.
   Девушка отвела взгляд.
   - Я... сожалею.
   - Я на это очень рассчитываю.
   - Как вы спаслись? Я видела, как вы камнем пошли на дно.
   Клотов усмехнулся:
   - Ощущение было не из приятных. Вода показалась мне просто ледяной. И что самое страшное - было так темно, что я не мог понять, куда плыть, где верх, а где дно. Признаться, я чуть не умер со страха, пока не догадался расслабиться и дать воде самой вытолкнуть меня на поверхность. Я вынырнул под пирсом, поэтому вы меня не увидели.
   Майор улыбнулся.
   - А, вообще-то, я спас себя намного раньше, - заметил он, - еще в доме вашего отца....
   Видя, что Лиза его не понимает, Клотов объяснил:
   - Когда вы предложили мне свой эксклюзивный коктейль, я догадался, что вы меня разоблачили. Я уже знал секрет "Червонной дамы". Поэтому я выпил ваш отвратительный напиток, и лишний раз убедился, что именно таким способом Валентину Яковлевну накачали снотворным. В коктейле был и сок грейпфрута, и молоко, и вкус миндаля, и горечь снотворного.... Я выпил его для того, чтобы успокоить вас. После этого вы уже могли не бояться, что я помешаю вам избавиться от улик. Но я не настолько наивен, чтоб рассчитывать на нежное к себе обращение во время сна. Поэтому, выпив коктейль, я сразу пошел в ванную за противоядием.
   - За каким противоядием? - удивилась девушка.
   - Вот этим, - объяснил Клотов и показал Лизе два пальца на своей правой руке.
   - Не понимаю.
   - Все просто. Я засунул эти пальцы поглубже в рот и... отправил коктейль из своего желудка в ваш унитаз.
   Майор не смог удержаться от смеха.
   Лиза сжалась. Клотов заставил себя посерьезнеть.
   - Таким нехитрым способом я очистил свой организм от большей части снотворного. Кстати, в доме вашего отца в ванной комнате есть телефон. Это - очень удобно. Я убедился в этом на личном опыте. Промыв желудок, я воспользовался телефоном и позвонил Варенцову. Я сказал ему, что вы напоили меня снотворным, и сделали это, вероятно, для того, чтоб я не помешал вам избавиться от улик. Я предупредил его, что раскрою вам карты и посмотрю, как далеко вы зайдете, чтобы скрыть свои преступления. Варенцов должен был ждать нас на шоссе на четырнадцатом километре. Поскольку я видел в гараже вашу машину, я сообщил Варенцову ее модель и регистрационный номер. К сожалению, я не мог предвидеть то, что вы выдумаете неисправность в машине. В итоге мы даже не доехали до шоссе и остановились, полагаю, для того, чтобы я мог спокойно уснуть. Вскоре я, действительно, почувствовал, что, несмотря на свою предосторожность, засыпаю. Видимо, немалая часть снотворного все-таки осталась во мне. Я рассказал вам, что знаю о ваших преступлениях. Потом я уснул и проснулся только тогда, когда вы стали раздевать меня на пирсе. Я решил пойти до конца и узнать, чем все это кончится, и в результате оказался в холодной воде. Потом я не раз ругал себя за необдуманный риск, ведь, если бы вам захотелось предварительно поджарить меня электрошоком, то я бы наверняка утонул, и даже Варенцов не успел бы мне помочь.
   - Он был где-то рядом?
   - Да.... Слава Богу, Варенцов не долго ждал нас на четырнадцатом километре. Он беспокоился за меня и, на всякий случай, поехал нам навстречу. Он промчался мимо нас на белом универсале, когда мы разговаривали в машине. Вы его не узнали. Потом он следовал за нами до Шаморы. Когда вашу машину остановили на посту, он обогнал нас, и ждал на автозаправочной станции, потом снова ехал за нами до тех пор, пока вы не свернули к морю.... Я попросил его не вмешиваться. Поэтому Варенцов оставил машину на дороге и пошел пешком через лес. Он добрался до моря в кульминационный момент, когда вы меня топили. Говорит, что с трудом дождался, когда вы уедите, и кинулся меня спасать.
   Лиза опустила глаза.
   - Почему вы не арестовали меня сразу?
   - Вначале, мы должны были найти улики.
   - Так значит, не было никакого удостоверения, найденного на пирсе? Варенцов все знал с самого начала?
   - Конечно. Мы пошли на эту вынужденную ложь, чтобы заручится вашим признанием. Неизвестно, как бы вы себя повели, если бы знали, что я жив.
   Клотов поднес ко рту кулак и закашлял.
   Лиза криво улыбнулась.
   - Странно. Но я почему-то рада, что вы живы.

Полезные ссылки:

Крупнейшая электронная библиотека Беларуси
Либмонстр - читай и публикуй!
Любовь по-белорусски (знакомства в Минске, Гомеле и других городах РБ)



Поиск по фамилии автора:

А Б В Г Д Е-Ё Ж З И-Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш-Щ Э Ю Я

Старая библиотека, 2009-2026. Все права защищены (с) | О проекте | Опубликовать свои стихи и прозу

Worldwide Library Network Белорусская библиотека онлайн

❤ Новая библиотека